Траншеи третьей линии проходят примерно вот здесь. – И капитан Солодовников ткнул пальцем в Омельяновичи, находившиеся немного глубже. – Здесь, как видите, с обеих сторон обширные болота. А как раз напротив нас – сухая горловина. Через нее на запад проходит большак. Большак выходит на шоссе Могилев – Орша. Так что общую задачу дивизии вы, я надеюсь, понимаете – перехватить шоссе, нарушить коммуникации и так далее. Наша задача звучит намного конкретнее – очистить горловину между болотами в районе Яровщины и Омельяновичей. Болота там местами переходят в озера. Горловина небольшая. Шириной примерно километра три-четыре, где могут пройти тяжелая техника и танки. Именно сюда должна входить конно-механизированная группа. Вот его-то, этот сухой промежуток, они и будут оборонять всеми силами. Что касается Дебриков… Поскольку вторых эшелонов у нас по сути дела нет, а у конно-механизированной группы своя задача, то в тылу у себя приказано никого и ничего не оставлять. Так что Дебрики придется брать. Чтобы не оставлять за спиной никого. – Снова посмотрел на Воронцова. – Воронцов, помните атаку на Зайцеву гору?

– Вот ее-то мы с Нелюбиным и вспомнили сейчас.

– Товарищи офицеры, у кого есть какие соображения и предложения, прошу высказываться. Времени в обрез. Через несколько часов – атака.

Воронцов в эту ночь так и не прилег. Вместе со старшиной обходил взводы, проверял наличие боекомплекта и снаряжение. Гиршман раздавал сухой паек.

– Товарищ старший лейтенант, а как же быть с водкой? Сейчас раздать – это все равно что артподготовка по пустому полю. А на рассвете не успеем.

– Найди пустые канистры и раздели водку на каждый взвод. Под ответственность командиров взводов.

– Ой-ей-ей! Так это ж три канистры надо где-то искать! – захлопал Гиршман руками по полам полушубка.

– Найдешь. Гранаты всем раздал?

– Всем.

– Никто не отказывался?

– Так я раздавал в присутствии взводных. У Петрова попробуй откажись. Численко за эти дни всех обучил, даже Дикуленка. В третьем, у Одинцова, тоже полный порядок. У него сержанты гранаты перераспределяют.

Ладно хоть так, подумал Воронцов. Боязнь гранат – явление на фронте обычное. Даже среди ветеранов есть такие, кто берет гранаты с неохотой. Солдаты же из недавнего пополнения, как правило, до прибытия на передовую гранатный бой вообще не знают. И наступательную РГ-42, и оборонительную Ф-1 видели только на картинках. И Воронцов приказал сержантам: в тех отделениях, где состав смешенный, карманную артиллерию перераспределить опытным бойцам, но так, чтобы в бою они находились везде, по всей траншее в обороне и по всей цепи, кто в наступлении.

– Веретеницына! – окликнул Воронцов санинструктора, – а вы почему не спите? Отдохните. До рассвета еще пара часов есть.