Женщина, которая приняла мой заказ на греческий салат, на мгновение задержала на мне взгляд, как будто узнала. Наверняка видела мою фотографию в субботней газете, а может, и по телевизору — местный канал имеет дурную привычку несколько раз в неделю прокручивать криминальную хронику. В любом случае мне стало не по себе.

Я всегда хотела затеряться в толпе, раствориться. Но по ряду причин это у меня никогда не получалось. Ведь в Штатах женщин-судмедэкспертов раз-два и обчелся, и репортеры не упускают ни единого случая снять меня для новостей. Вдобавок они не скупятся на эпитеты.

Как только меня не называли в газетах — я и «заметная», и «блондинка», и «привлекательная». Мои предки с севера Италии — там сохранилась народность, родственная савоярам, швейцарцам и австрийцам — люди со светлыми волосами и голубыми глазами.

Семья Скарпетта всегда боролась за чистоту крови — мои предки вступали в браки исключительно с жителями Северной Италии. Моя мама не может пережить, что у нее нет сыновей, потому что дочери, по ее глубокому и скорбному убеждению (многократно озвученному), являются генетическими тупиками.

Дороти испортила благородную кровь Скарпетт, произведя на свет Люси (отец моей племянницы был мексиканец), а мне, в моем-то возрасте и с моим семейным положением (точнее, отсутствием такового), кажется, даже этот постыдный поступок совершить уже не грозит."

"Практически ни один выходной, который я провожу с мамой, не обходится без ее слез: мама оплакивает несуществующих многочисленных внуков. «Подумать только, на нас прервется род Скарпетта! Стыд-то какой! А ведь у нас кровь, можно сказать, голубая! В нашем роду были архитекторы, художники, мы в родстве с самим Данте! Кей, Кей, как ты можешь быть такой безответственной перед своей семьей! О, почему Пресвятая Дева на дала мне сына!» — и так далее в том же духе.

Мама утверждает, что первые упоминания о Скарпеттах появились в Вероне, городе Ромео и Джульетты, Данте, Пизано, Тициана, Беллини и Паоло Кальяри, причем она уверена, что мы состоим в родстве с этими выдающимися историческими личностями. Я пытаюсь ее урезонить, напоминая, что Беллини, Пизано и Тициан, хоть и оказали огромное влияние на веронскую школу живописи, родились в Венеции; Данте же родом из Флоренции, откуда был изгнан после того, как к власти пришли черные гвельфы.

[6] Ему пришлось скитаться по всей Италии и он всего-навсего заехал в Верону по пути в Равенну. Я уже не говорю о Ромео и Джульетте. Наши прямые предки пахали землю и работали на железной дороге — два поколения назад они иммигрировали в США вовсе не от хорошей жизни.

Я поправила на плече ремешок белой сумочки и вышла из универмага.