Сквозь цветы, и листы, и колючие ветки, я знаю,Старый дом глянет в сердце мое,Глянет небо опять, розовея от краю до краю,И окошко твое.Этот голос – он твой, и его непонятному звукуЖизнь и горе отдам,Хоть во сне, твою прежнюю милую рукуПрижимая к губам[1].От низкого тихого голоса и стихов, которые читал Ленечка, на душе стало спокойнее. Мы шли по вечерней улице, залитой красными лучами заходящего солнца, и больше не говорили о наших мамах. Теперь только о хорошем.

Глава восьмая

В сентябре Лика с седьмого раза наконец сдала на права и с чистой совестью отжала у мамы старенький красный «Матиз». Сдача прав, безусловно, хорошая новость. И обмывание водительского удостоверения пятничным вечером в баре с живой музыкой и танцами – тоже. Но были и плохие новости. Во-первых, Лика больше не могла на законных основаниях ездить со Славкой, потому как у нее в распоряжении теперь свой автомобиль. А во-вторых, подруга не зря долгое время не могла сдать на права, потому что водила машину Лика плохо. Очень плохо. Но упертость и гордость не давали ей признать действительное положение дел.

Вот и сейчас мы плелись со скоростью улитки в крайнем правом ряду, пропуская вперед поток машин и время от времени слушая раздраженные сигналы сзади. Лика краснела, пыхтела, негромко огрызалась, крепче хватаясь обеими руками за руль. Я со скучающим видом смотрела в окно. Параллельно с нами по проспекту брели прохожие. Меня занимал тот факт, что двигались они с такой же скоростью, как и «Матиз» Лики. Когда с нами поравнялась бабулька на костылях, а затем, к моему удивлению, и вовсе резво нас обогнала, я все-таки повернулась к подруге:

– А может, мы все-таки прибавим газку?

Мне, с моей любовью к скорости, такая езда казалась настоящим наказанием.

– Не боись, не опоздаем, – успокоила меня Лика, не сводя сосредоточенного взгляда с дороги. – У нас корт на девятнадцать часов забронирован.

– А какого числа? – уточнила я.

– Очень смешно, – скривилась Лика. – У Славки научилась?

– И все же есть опасения, что к назначенному времени мы не успеем, – вздохнула я.

Этой осенью мы с Ликой решили заняться большим теннисом. От нашего университетского профкома была возможность арендовать корт с большой скидкой. В предвкушении своего позора мы плелись по перегруженным вечерним проспектам. Мне не хотелось опоздать на первое занятие.

У Лики некстати заиграл телефон. На экране высветилась фотография незнакомого брюнета с забавной челкой, из-за которой он казался совсем мальчишкой. Лика взглянула на фотографию и нажала на «Отбой».

– Новый ухажер? – поинтересовалась я.

– Да так, общаемся потихоньку… Слишком надоедливый. И у нас ничего серьезного. Гуляю с ним, чтобы Славку позлить.

Я только головой покачала.