Вы не думайте, что я жалуюсь или лгу, просто устала от всего. Говорят одно, делают другое, продукты почти все по талонам, ходовые бытовые вещи под запись в очередь, нет, конечно, можно купить в коммерческих магазинах по коммерческим ценам, но сами понимаете – все оттуда покупать нереально. Мне даже выгодно, что напарница заболела… Я теперь две ставки получу, смогу что-то отложить, а так… – она разочарованно махнула рукой.

Проговорили мы долго, она рассказала все, что знала, но что может знать женщина, не вникающая и далекая от политики. Уже собираясь уходить, я достал из кармана коробочку с духами и протянул ей, она нерешительно замерла, потом осторожно взяла их и вдруг спросила:

– Это действительно мне?

– Конечно же вам.

– Вы хотите, чтобы я легла с вами в постель? – спросила она, при этом ужасно краснея.

– Нет, что вы, – растерялся я, – это просто подарок.

– Этот подарок стоит две мои зарплаты.

– И тем не менее это просто подарок, встретить соотечественников, пусть мы и живем в разных реальностях, это же просто чудо. Тем более встретить такую красивую и добрую женщину…

– Спасибо вам.

 – На ее глазах блеснули слезы."

"Я же постарался быстро удалиться, честно, не рассчитывал на такое, но не хочу изменять своей Алексии, хоть организм и отреагировал на ее слова.

В обед появился Тариэль, он был какой-то уставший и запыленный, но я очень обрадовался его появлению и даже обнял его; не остались равнодушными и остальные.

– Завтра, скорей всего, мы отправимся дальше; были небольшие неприятности, но сейчас все решено, – сказал он нам, когда все собрались.

Остаток дня прошел сумбурно, к вечеру привели наших коней и принесли вещи.

Все кинулись чистить и мыть коней, для этого даже отправились к ближайшему от городка озеру. Правда, оружие нам пока не вернули, старший среди доставивших нам вещи и животных сказал, что мечи вернут перед выездом.

– Но нам надо проверить и подточить мечи, – возмущался тихонько Брюс, – почему надо обязательно возвращать перед выездом.

– Наверное, боятся, чтобы мы случайно не порезались, – пояснил я, и все засмеялись, включая Тариэля.

Утром мы были готовы еще до рассвета и маялись от безделья. Так называемая охрана внимательно за нами наблюдала, правда к нам не лезла.

Часам к восьми местного времени подъехала машина, из которой выбрался военный, который меня опрашивал. Муров, кажется – Иван, вспомнил я. Он осмотрел нас и направился прямиком ко мне.

– Добрый день, – поприветствовал всех он, глядя на меня. – Я рад, что все вопросы разрешились, – продолжил он, – я и бойцы проводим вас до точки перехода или портала, как вы говорили. Нам поступила команда вас проводить и пожелать счастливого пути, – как-то вымученно усмехнулся он.