«Ну, погоди, любимый, – думала она, – завтра ты увидишь свою жену во всем великолепии, и я постараюсь сделать так, что ты больше никогда не захочешь уезжать». И она засмеялась этим мыслям, легко и весело, словно снова была пятнадцатилетней девчонкой.

В дверь кабинета постучали, и, когда она разрешила войти, заглянул Виктор, высокий четырнадцатилетний подросток, очень красивый и сильный, весь в отца.

– Сынок, заходи скорей, у меня потрясающая новость. Отец вернулся и завтра будет здесь, скажи сестрам, что надо будет подготовиться, я дам распоряжение гувернанткам, а ты тоже подготовься и соберись.

– Хорошо, мама, – радостно проговорил Вик, или Виктор, как его звал Алекс, развернулся и выбежал в дверь.

Алексия посмотрела ему вслед и вздохнула.

«Как жаль, что это не я его родила, какой бы был император… Ну ничего, девочки тоже красавицы, каких не найдешь больше нигде, а умницы какие. Ладно, надо продумать, в чем завтра встречу своего мужа…»

И императрица, загадочно улыбаясь, снова погрузилась в мысли.

Эпилог второй

Вот я и дома… Уже целую неделю, а все равно словно только приехал. Вот сижу и вспоминаю мысленно, как меня встретили. Алексия, конечно, та еще штучка, а ведь как красива, да и умна она. Когда коляска подкатила к парадному крыльцу, на нем скромно стояла моя жена, в окружении наших детей. Такой красивой я ее еще не видел, а может, просто соскучился, нет-нет – точно, ее красота меня не то что поражала, она просто сводила с ума, а наряд сразу же наводил на греховные мысли. Платье из светло-зеленого шелка с декольте, которое не только демонстрировало, но и подчеркивало немаленькую грудь, а этот разрез до бедра, просвечивающая гладкая, нежная кожа… Я просто не мог отвести от нее глаз.

– Здравствуй, мой любимый муж, – проговорила она и склонила голову в поклоне. – Дети, поздоровайтесь с отцом.

И на меня налетела радостно вопящая гурьба. Мы так и шли по коридорам дворца, Алексия держала меня под руку, а вокруг прыгали наши дети, вернее прыгали девчонки. Виктор степенно шел рядом с нами и снисходительно взирал на гомонящую малышню. А потом была ночь… но это уже личное, и выносить это на обсуждение я не хочу, просто до утра мы так и не заснули.

На следующий день Алексия с припухшими от поцелуев губами, но со счастливым вглядом принимала послов. Ну что сказать, удивило послов многое, у них этого пока нет, поэтому думаю, что торговля будет у нас выгодная. Во-первых, затоварка нам не грозит, и у нас есть еще много всевозможных идей.

Уезжал я через неделю после коронации, Иваста уже почти оправилась от ранения, но была еще слаба, болт ей пробил грудь, зацепив легкое, и если бы она с ним обернулась в звериную сущность, то, скорей всего, погибла бы. Ирвин, несмотря на ее ранение, сделал ей предложение руки и сердца.