– Он не знает, что я мама Полины.

– А, да?

– Ты как себе это представляешь? Здравствуйте, ваша собака пострадала, потому что я плохо воспитала своего ребёнка и не объяснила, как работает светофор? Конечно, я не сказала. И ты молчи. Не надо ему об этом знать.

Правда, причина совсем другая...

Леон не должен знать, что у меня есть ребёнок, от которого он однажды сказал мне избавиться.

Глава 8

Прошлое

– Вот. Справка об аборте. Уверена, ты бы попросил её, – буквально бью ладонью по рабочему столу мужа вместе с бумажкой. Боюсь, что тремор рук выдаст моё волнение.

Леон без каких-либо эмоций берёт её, читает и кивает.

Его вообще не беспокоит, что он послал жену на аборт только потому, что ему рано иметь детей? Даже ничего не испытывает. Не мучается…

А я тем временем ревела два дня подряд.

– Молодец, – сухо и коротко.

И всё. Это всё, что он может сказать.

Я готова разрыдаться на месте. Выплеснуть все эмоции, накопившиеся за эти двое суток. Но беру себя в руки. Ссора нужна только мне. Ему-то плевать.

– А ещё… Я подала на развод.

Это решение далось мне тяжело. Леона я люблю до безумия. Он был моим первым мужчиной. Я хотела завести с ним семью. Мне было бы достаточно и одного ребёнка! Но он против."

"Поэтому… чаша весов склонилась в сторону малыша. Я не решилась сделать аборт. Купила справку в надежде, что Леон поверит.

И всё, конечная.

Мы больше не сможем быть вместе. Я не хочу скрывать свою беременность, чтобы потом он ненавидел нашего ребёнка, когда тот родится.

Нет, не позволю…

Мы разведёмся. Я спокойно рожу и воспитаю сына или дочку сама.

– Ник, – муж впервые напрягается, вставая из-за стола. Подходит ко мне. Его близость заполняет шкалу моего раздражения и злости. – Не делай глупостей.

Крепкие мужские ладони, от которых я всегда млела, опускаются на мою талию. И я тут же отшатываюсь, лишь бы он не трогал меня. Не марал своими руками ребёнка, даже через моё тело.

– Ты серьёзно думаешь, что я буду и дальше любить убийцу нашего малыша?! – голос почти превращается в крик.

– Это даже не ребёнок. Ты никого не убивала.

Он тянется ко мне, чтобы обнять. Снова. А я отшатываюсь. Ухожу всё дальше и дальше. Не такого Леона я полюбила, не такого.

Сдерживаю горькие слёзы и маты, которые вот-вот вырвутся из горла.

– Нет, Леон, всё не так. Это первый аборт… А что дальше? А если это повторится? Два, три? Ты так и будешь мучить меня, отправляя на аборты только потому, что тебе рано?

– Этого больше не повторится, – буквально цедит сквозь зубы и шумно выдыхает носом.

– Не повторится, – подтверждаю, кивая. Снимаю с безымянного пальца кольцо. Оно будто приросло к коже за эти годы. Кидаю ему в ноги. – Потому что я ухожу от тебя.

– Вероника, – с твёрдостью произносит моё имя. И уже менее решительно заявляет: – Глупости, перестань.