Разве не для этого нужна семья, и в частности жена, которая устранит все косяки мужа?

Тихонько смеётся, а у меня в голове барабанная дробь проносится.

Семья...

Раньше для меня существовали только я, Джек и Вероника.

Но теперь… в моей жизни появились маленькие дорогие мне люди. И они стали частичками большой семьи. Два маленьких лучика, которых втайне называю «гномиками», каждое утро бегут ко мне, чтобы обнять.

– Прости, – повторяю в очередной раз. И Ника подаётся вперёд, целуя меня, лишь бы заткнуть. Знаю этот приём, когда она ладонью накрывает мою щёку и увлекает меня в мир спокойствия своими ласками.

Возбуждаюсь моментально.

И усталость снимает как рукой.

Жар окатывает всё тело при мысли, что девушка, которую я однажды потерял и всё это время любил, вновь открылась мне и дала второй шанс.

Медленно, увлёкшись поцелуем, переворачиваю её на спину. Нависаю, втиснувшись между её ног, которые сейчас раздвигаю. Сжимаю бёдра пальцами. Не такие тощие, как раньше… Ника немного поправилась, что мне безумно нравится.

Из-за родов же?

Точно!

Разрываю поцелуй и хищно улыбаюсь, вглядываясь в её затуманенные голубые глаза. Моя милашка закусывает губу, и, несмотря на усталость, не желает останавливаться.

А я и не позволю.

– Ты ведь в курсе, что после боя я голодный?

– Знаю, – кивает, облизывая губки и заигрывая со мной.

Стервочка.

– Помнишь, что ты сказала мне сегодня?

– М-м-м, что именно? – стискивает меня коленями.

– О том, что ты хочешь ещё одного ребёнка, – усмехаюсь, скользнув ладонями под короткие шортики. На её щеках вспыхивает румянец, и я довольно улыбаюсь. Конечно, помнит… Она выкрикнула это на весь зал. – Я тоже. Поэтому… предлагаю не затягивать.

Не дожидаясь ответа и прекрасно зная, что Ника согласна, наклоняюсь к ней. Поддаюсь тому, что делает меня самым счастливым на свете – полностью растворяюсь в своей женщине…

Эпилог

!у корректора не была!

Эпилог

Вероника

– Бабуль, не перенапрягайся! – кричу, сидя за столом и болтая с сестрой. Наша задорная старушка бегает так, будто ей сорок, а не все семьдесят. Хоть с сердцем проблемы и решились, ноги-то новые не поставим. А тут скачет с детьми и Джеком.

– Бесполезно, – вздыхает Влада, нервно дёргая ногой. – Неуправляемая."

"– Это да, – смеюсь, поглядывая на недовольную родственницу. Она сегодня сама не своя. Нет, она всю жизнь была серьёзной, строгой, но её всегда радовали наши семейные посиделки с детьми.

Поля встретилась с двойняшками за долгое время и не может этому нарадоваться. Что уж говорить о Матвее – единственный мальчик среди нашего цветника.

И Леон.

Сегодня решили посидеть без друзей. Точнее, так получилось. Настя с Гордеем куда-то уехали, Полина, ещё одна подруга, сидит дома с ветряночным сыном.