Плевать, что она в два раза старше меня, это не дает ей право вести себя по-хамски, отчитывать мою мать, и глазеть на моего отца, капая слюнями на нашу праздничную скатерть!!!

Раздраженно щелкнула замком и распахнула дверь, даже не потрудившись посмотреть в глазок. А зря.

На лестничной площадке стоял Олень и хмуро смотрел на меня.

Раз уж у меня сегодня вечер боевых действий и неприятной правды, то почему бы и с Северным окончательно отношения не выяснить? Смысл молчать и строить из себя гордую? Лучше уж вывалить все, что на душе накопилось. У меня сейчас такой запал полыхает, что всех разнесу, без сожаления.

Едва переборола желание послать начальничка далеко и надолго, и захлопнуть перед носом дверь, вместо этого вышла к нему:

— Ну, здравствуй, Северный!

Глава 15

Я терпеть не могу женские истерики и искренне полагал, что уж кто-кто, а Кулакова им не подвержена.

Ошибся.

За каких-то пятнадцать минут она превратилась из милой девочки в угрюмую мегеру, которая даже смотреть в мою сторону не хотела.

Я попытался с ней поговорить, в итоге нарвался на такой взгляд, что, если бы им можно было убивать — меня бы размазало тонким слоем по всему кабинету.

И что теперь? Я должен сидеть рядом, смотреть на нее преданными глазами? Встать на колени и молить о прощении? Знать бы еще в чем провинился.

Куча звонков, посетителей, суматоха в офисе и градус напряжения в офисе взвился до опасно высокой отметки. Мне надо было решить массу рабочих вопросов, перед тем как уходить на длинные праздничные выходные и не было ни сил, ни времени на то, чтобы угадывать причины столь внезапной перемены настроения. Сама она говорить ничего не собиралась. По работе делала все, но стоило только поинтересоваться в чем проблема, как разворачивалась и молча уходила.

Вот и что мне с этим делать?

Я честно пытался мирно поговорить, найти решение проблемы, если таковая на самом деле была, но неизменно напарывался на холод и отчуждение. Это раздражало. Неужели нельзя по-взрослому все выяснить, без этих игр в «угадай, где ты накосячил». Да еще клиенты наседали, начальство трезвонило по сто раз в час, парни тупили, делая ошибки там, где и старшеклассник справится.

В общим, я сорвался."

"В конце рабочего дня подошел к ней, предложил подвезти до дома, а в ответ получил пренебрежительный взгляд и ядовитое «и без тебя справлюсь».

Справишься? Ну и справляйся на здоровье! А я задолбался.

Развернулся и ушел, оставив ее за спиной. Пусть подумает о своем поведении, успокоится, вытащит вожжу из-под хвоста, тогда и поговорим.

Вечером едва сдержался что бы написать ей. Так привык к нашему дурашливому общению перед сном, что чувствовал себя несчастным. Словно конфетку отобрали.

Дина тоже не писала и не звонила.