— Борис, а ты удивляешь, — улыбнулась девушка. — Решил-таки вмешаться в дела?

— Не совсем, я лишь делаю то, что нужно для наших будущих действий, — хмыкнул ей в ответ.

Время потянулось. Я периодически выглядывал на улицу, чтобы проконтролировать, что все, так как задумано. Военные группами сходили в баню и начали стягиваться в одно здание.

Потом туда понесли бочки, судя по всему, с алкоголем. Ко мне подошел тот, который уже приглашал на праздник.

— Господин, ну что вы решили? Не хотите с нами немного поразвлечься?

— Не знаю, — лениво ответил я так, будто перевожу дух после хорошего секса. — Посмотрю, как силы будут, и, если что, загляну посмотреть на ваш праздник, — подмигнул ему в конце.

— Как скажете, — ухмыльнулся военный и пошел.

Через полчаса повели девушек. Трое, возраст: от двадцати до тридцати лет, все в оборванных платьях. Я думал, их сразу отправят на растерзание голодным мужикам, но нет, повели в баню. Хотят чистеньких дам? Так даже лучше.

Пока они будут приводить себя в товарный вид, эти начнут квастить. Главное, не слишком рано и не слишком поздно. Александра уже проскочила на улицу и, не привлекая внимания, направилась к бане, чтобы предупредить девушек. Они должны немного потянуть время, сославшись на то, что пока не слишком «чистые».

Я стоял и смотрел, как в течение часа к ним заходил то один, то другой военный. Трубы у мужиков горят, хочется бабу помять. Уже стемнело, и когда я обнаружил, что мужик через кучу матов пошел за ними, чтобы вытащить, то понял: время наступило. По пути он раза три упал.

Мы с Александрой разделились. Она берет на себя этого посланца, а я — вертухаев. Стоят неприкаянные, с ноги на ногу переминаются и с грустью смотрят, как остальная братия развлекается. Так как от меня не ожидали ничего, подошел почти вплотную.

Сложнее всего не наделать шуму. Разрывные, выпущенные точно в голову, разорвали ее в момент максимальных криков военных в их самодельной таверне. Тела двух вертухаев упали на площадке, где они стояли.

Быстро взмыл сначала к одному и переместил пулемет в артефакт, потом к другому и проделал то же самое. Тела скинул за ограждение. Так, с этим вроде все в порядке. Глянул в сторону бани. Мужик, который пришел за девушками…

Он… сгорел до самых костей и осыпался прахом. Майорова использовала какой-то интересный огонь, черный, его почти не видно ночью. Но это только начало. Спустился с вышки и побежал в сторону «таверны». Пока все были увлечены попойкой и ожиданием свежего «мяса», я зашел к ним.

Запах алкоголя стоял такой, что в воздухе можно было топор повесить.

— Гос-по-дин, — обратился военный ко мне заплетающемся языком. — А сейчас баб приведут. Вы можете выбрать одну и снять с нее сливки, — мерзко улыбался мужик своими желтыми зубами.

— Конечно! — подмигнул я ему.