А деньги я тебе за что платить тогда буду?

— Зелья, как понимаю, для военных, которые прибудут разгонять низших, и без них никто не рыпнется. Если в нужный момент их не окажется у Титовых — удар по репутации, а вы сможете продать втридорога, еще и с Вяземским установить отношения.

— У тебя железная хватка, как и яйца! Хочешь использовать одних, нагнуть других и выжить? — спросил меня Баранов. — Знаешь, забавно понимать, что какой-то чужак без году неделя в курсе дел двух крупных родов.

— Я не могу рассказать о своих планах. Скажу, что пока выбираю союзника, и в твоих руках помочь мне сделать правильный выбор, — улыбнулся я Степе.

Ох, и дуралей он! А я красиво все завернул. Постараюсь сыграть как по нотам — такой куш вытащу и столько всего получу от этой авантюры. Если она сработает.

Пока аристократ думал, к нашему столу подошел молодой человек. Быстрым движением он выхватил бокал Баранова и вылил мне на голову, содержимое. Потом бросил черную перчатку — весьма старомодно.

— Корнилов Иван Михайлович, вызываю вас на дуэль здесь и сейчас! Если вы, конечно, не трус.

— Я? — смахнул жидкость с лица.

 — Не трус! И ты заплатишь за свой поступок!

Глава 11

Провокацию я определил сразу же и на нее скоро отвечу. Вопросы, которые сейчас меня действительно мучили: кто? Сопляк, который рискнул — заплатит. Чьи интересы я опять затронул, раз мне рискнули перейти дорогу?

Посмотрел на придурка, который решил помереть. Утонченные черты лица, мушка над губой, белые зубы и не сходящая с довольной рожи улыбка. На парне был классический шерстяной серый костюм.

Перевел взгляд на Баранова, тот в шоке. Ну, или быстро научился играть удивление, при этом весьма искусно, в чем я сомневаюсь.

Значит, их пока исключаю. Кто у нас остается? Не так много: Варя, парень, который на меня напал, и Титовы.

— У смертника есть имя? Или дегенерата не научили представляться, когда решил бросить вызов? — посмотрел я на идиота.

— Ничтожество! — выпрямил он грудь. — Я Гаврилов Игорь Георгьевич.

— Так ты сучка Титовых, ваш род постоянно с открытым ртом стоит около хозяев, — наконец-то пришел в себя Баранов и вскочил. — Ты не только оскорбил моего знакомого, но и меня, мразь! Ты на кого пасть разинул, шавка? Да я тебя!

Степа схватил бутылку и попытался ударить по голове моего будущего оппонента.

Глупость какая. Я выставил руку, и бутылка разбилась об нее, что очень удивило всех.

— Степан Андреевич, — стряхнул я стекла с ладони. — Никогда не бежал от драки. Раз меня решили проверить такой детской провокацией, как я могу отказать зачинщику в этом? Не окажете любезность, побудете моим секундантом?

— Что? — все еще приходил в себя Баранов от спасения Гаврилова.