А также лично мне он покажет свои работы, от публикации которых пока воздерживается. Я, чуть подумав, решил дать ему копию работ отца. Разумеется, не всю — убрав из нее некоторые важные части, указывающих, что тайные знания об устройстве виман древности могут находиться на одном из горных плато в Сибири или на острове Шри-Ланка. У отца не было определенного мнения на этот счет из-за неполноты и противоречивости данных, и этот вопрос в скором времени должен решить перевод Свидетельств Бархума, на который я возлагал основные надежды.

Майкл, когда узнал, что я готов предоставить работы отца, обрадовался так, что излишне увлекся вином.

Напился так, что едва держался на ногах. Его пришлось оставить ночевать у нас, увы, в покоях мамы на диване. Я помог ему подняться по той самой лестнице, по которой недавно спускал господина Милтона пинками. Завел в первую мамину комнату и под благодарным взглядом Елены Викторовны уложил на диван. Еще несколько минут Майкл продолжал бессвязно рассуждать о полетах древних виман к Венере и Марсу, о богах Марса и магических знаниях, пришедших на Землю с других планет, а потом неожиданно и громко захрапел.

В школу я пришел минут на десять раньше обычного. У входа под портиком стояло несколько парней из параллельного класса: Звонарев, Кунцев, еще двое, фамилии которых я не знал — курили, обсуждали очередной инцидент в Гибралтаре между нашим военным кораблем и британской морской стражей. Если верить российским газетам — а они, как правило, оказываются чуть правдивее британских — то с нашей стороны жертвами инцидента пали около двадцати матросов, а фрегат «Адмирал Разин» получил много серьезных повреждений.

Британская вимана 3-го класса была уничтожена, и их корвет с двумя пробоинами едва дошел до порта.

Из дверей школы вышел граф Сухров с Лужиным. Еграм, завидев меня, жестом отозвал в сторону и сказал:

— Кстати, приветствую. Давно не виделись. Смотрю, ты и Ковалевскую научил школу прогуливать?

— Ну так, немножко, — рассмеялся я, доставая коробочку с «Никольскими». — Ей полезно, а то слишком умная.

— Удивляюсь, тебе Саш. Как ты умеешь так менять людей? — Сухров прислонился плечом к колонне, с улыбкой поглядывая на меня.

 — В тебе кроме магии есть еще что-то такое, чему я даже не знаю названия.

Я пожал плечами. Ну, есть во мне еще Астерий, только зачем говорить об этом.

— Не слышал, что с «волками» случилось? — спросил Еграм, угощаясь из моей коробочки с сигаретами. — Слухи какие-то совсем дурные. Говорят, где-то в Шалашах или рядом у них был храм Морены, и там всех собравшихся сам Перун пожег молнией.