У него позже будут большие неприятности.

– Ахх, так значит Дилан не застенчивый и скромный тип?

Боже мой. Я мог только представить, что Эйс собирался ответить на это.

– Нет, – сказал он. – Я никогда бы не обвинил его в застенчивости. Была парочка

случаев…но по большей части я могу сказать, нет. Совсем не скромный.

– Так значит…он не станет возражать, если мы позовем его на сцену к нам, да?

Погодите. Что она только что сказала? Я подскочил на ноги, как будто меня только

что укусили за задницу. Мои глаза распахнулись, и уверен, что челюсть так сильно

отвалилась, что должно быть ударилась о пол. Но Карли продолжила говорить.

– Я понимаю, что он здесь сегодня с тобой, ждет за кулисами. Как думаешь, он будет

возражать выйти и обсудить ваш фильм, в котором вы вместе снимались? Это же его первый

фильм, так? Я бы с удовольствием посмотрела со стороны на Эйса Локка так близко и лично,

– Карли убедилась, что добавила огромное количество намеков к последним словам, и когда

Эйс начал смеяться и оглядел обезумевших людей, которые теперь выкрикивали мое имя, он

потер рукой свое лицо и посмотрел снова на нее.

– Да, хорошо. Давай позовем его сюда.

Нет. Ни за что. Это не…Он не сказал только что…

Дверь в зеленую комнату распахнулась, и мой взгляд метнулся к Келли, которая

яростно показывала своей рукой «скорее, скорее», но мои ноги приросли к полу, и она

говорила какие–то слова, которые я не мог понять. Пока мой мозг пытался догнать, двое

мужчин бросились ко мне, прикрепляя что–то на мой пояс, под моей приталенной серой

жилеткой, затем прикрепили – ох черт, это микрофон – к моему черному галстуку, а Келли

потянула меня за запястье, говоря:

– Следуйте за мной.

И бросив финальный взгляд на телеэкран, я увидел, что Эйс встал на ноги и смотрел

через плечо, дожидаясь меня, пока толпа ревела, и ни за что я не заставлю его ждать ни

минуту дольше.

Глава 29.

_____________

Потрясение.

Дилан убьет меня. Это была моя первая мысль в голове, но второй была, что это будет

самый лучший способ умереть, потому что я не хотел ничего больше в мире сейчас, чем

увидеть его лицо. Даже если это означало, увидеть его в помещение с тремя сотнями

незнакомцев и многими зрителями перед экранами.

Разговоры о нем последние десять минут вызвали во мне желание, чтобы он снова

оказался рядом, прикоснуться к нему, а знание, что он за кулисами дожидается меня, сделало

желание вытащить его сюда номером один в моем списке приоритетов.

Я слышал хлопки и топот ног, пока зрители скандировали: «Дилан, Дилан, Дилан», и

поднялся, чтобы повернуться лицом к двери, из которой я вышел ранее. Все это заняло менее

двух минут, и затем дверь распахнулась, и появился он. Проклятье, он был роскошен.