Я выгнулся и лизнул его бицепс, и когда уткнулся носом

в изгиб его руки, он сместился, чтобы обхватить ею меня, опуская меня обратно на

столешницу, и выгнулся своим телом наполовину со мной. Затем Эйс потянулся между нами

и накрыл мою руку, которая обхватывала нас, и мы начали двигаться вместе.

Его губы призрачно касались моих, его дыхание теплое, когда он задыхался от

каждого хрипа и толчков его бедер, и я использовал ногу, которой держался за него, чтобы

приподнять себя вверх и встречать каждый толчок.

Я чувствовал, как его пальцы впивались в кожу на моем плече, где он держался, и в

тот момент, когда я подумал, что он обрушит свои губы на мои, Эйс вместо этого опустил

голову, чтобы мы оказались щека к щеке и прошептал на мое ухо:

– Ты, Дилан Прескот, стоишь каждого скандала, о котором напишут…

Ах, черт, я уже сбился со счета, когда Эйс был таким. Когда он уничтожал клетки

моего мозга, греховным образом используя мое тело, и восхитительным образом

отпечатывался каждой частичкой на моей душе.

– И знаешь почему?

От его голоса, низкого и хриплого в моем ухе, не было и шанса, что слова вырвутся из

моего рта. Так что вместо этого, я изогнулся и потерся всей своей длиной по каменной стене

его тела, и Эйс повернул голову и оставил настойчивый поцелуй на моей щеке, прежде чем

сказать:

– Потому что с тобой, я нашел себя.

Все. Эти милые слова, сорвавшиеся с губ, которые мгновение назад разрушали меня,"

"заставили меня напрячься под ним. Затем Эйс втянул мочку моего уха между зубов и сказал:

– Кончи для меня, Дилан. На нас обоих.

Он сместился, и пока я лежал плашмя на столешнице, Эйс начал вгонять свое тело

поверх меня таким образом, что я едва ли не закатил глаза до затылка. Но я бы ни за что не

упустил такого вида. Его руки сжимались по обе стороны от меня, и я потянулся вниз, чтобы

обхватить нас обоих кулаком, Эйс приносил трение, а я – усердие. Моя рука работала с

дополнительным нажимом, а оргазм несся вниз по моему позвоночнику, и когда я

почувствовал, как сжались мои яйца, а Эйс замер надо мной, мы оба пришли к

впечатляющему освобождению одновременно и душой и телом.

Мы были так сильно изранены, и в тот момент чувствовалась такая свобода, что я был

удивлен, что не ощутил слез в своих глазах от подобного облегчения. Даже после такой

нагрузки на наши новые отношения, в конце дня, мы все равно остались одним целым.

Глава 4.

__________________

Сладкий. Упругий. Мой.

Я никогда не понимал потребности парней нанимать себе телохранителей, пока не

столкнулся со стеной папарацци, которая дожидалась снаружи главных ворот на въезде в мой

район, перед рассветом в понедельник.