Когда они очутились в маленьком проходе под капитанским мостиком, Винснес сказал:

— Вот эти две двери ведут в каюты для команды, правая свободна, так что если фрекен желает ненадолго прилечь, то пожалуйста.

— Спасибо, может быть, чуть попозже, — ответила Эллен. — Пока я способна сохранять вертикальное положение, я буду с вами.

Ни за что в жизни она не согласилась бы остаться одна в каюте на этом ужасном пароме! Нет уж, лучше тащиться за Натаниелем, уцепившись за полу его куртки, а там уж она как-нибудь себя переборет.

Однако усталость брала свое, Эллен снова зевнула.

Когда они вышли на палубу, им пришлось крепко вцепиться в перила, чтобы устоять на ногах. Эллен была уверена, что те не выдержат, но нет, перила не подкачали. Теперь они уже были в открытом море, и палубу то и дело захлестывали волны. Вдали виднелась большая береговая полоса; далеко-далеко впереди, по ходу парома, стал вырисовываться во тьме страшный мыс с его мертвыми кораблями. На самом краю мыса стоял и отважно светил маленький маячок.

Вид у Натаниеля был донельзя отсутствующий, ему было явно не до нее. Он весь сосредоточился на неких сигналах, которые Эллен неспособна была уловить, хорошо хоть, она осознавала, в чем дело. То, что сама она чувствовала в слабой степени, вероятно, передавалось ему в виде сильнейших импульсов. Малодушествуя, она не отваживалась спросить его, что он испытывает.

Но куда больше ее беспокоило поведение Тувы. Девушка следила украдкой за каждым движением Эллен, на ее некрасивом лице появлялась то лукавая выжидательная улыбка, то презрительная усмешка. В какой-то миг Эллен почувствовала к Туве жалость. Но ей было все труднее и труднее сохранять к ней симпатию. «Это злая девушка, — думала про себя Эллен. — Злая, жестокая и бессердечная — и она питает ко мне неприязнь. Интересно, чего она ждет?»

— Бак вы видели, когда поднимались на борт, — прокричал Винснес, поглубже натягивая свою фуражку. — Под ним расположен салон, где мы только что были, а в самом конце — отделение для якорной цепи. Пойдемте-ка на корму.

Они брели пошатываясь, точно хватили лишку.

— Эта дверь, — махнул рукой Винснес, — ведет в моторный отсек. Если хотите, мы потом туда зайдем.

— Хорошо, спасибо, — ответил Натаниель."

"Он обменялся взглядами с Эллен, — их интересовал отнюдь не моторный отсек.

Веки у Эллен словно бы налились свинцом, она еле передвигала ноги. Она не могла взять в толк, как это одна-единственная таблетка могла так нее подействовать! Лечь и уснуть — какое бы это было блаженство…

Они добрались наконец до облезлой задней палубы, над которой был натянут рваный брезентовый верх, бившийся и хлопавший на ветру; с боков же палуба была открыта, и ветер тотчас же обрызгал их клочьями пены.