Немного пошуровав в кухонном шкафу, она нашла непритязательную, но довольно большую стеклянную вазу, налила в нее воды из-под крана, расставила розы и пристроила вазу на длинный стол, стоящий вдоль стены напротив кровати.

Розы выглядели красиво, что и говорить. Немного полюбовавшись ими, Полина услышала, как в ванной перестала литься вода. Вспомнила, что без спроса достала из шкафа Никитину футболку, устыдилась, что может быть поймана на сем неблаговидном поступке, рывком сорвала футболку через голову, быстро сложила ее и сунула обратно в открытый шкаф.

В спешке движения ее были неловкими, поэтому она нечаянно задела стопку футболок, которые съехали в сторону, обнажая какой-то предмет. Полина охнула, протянула руку, чтобы навести первозданный порядок, и застыла, не веря собственным глазам. На полке шкафа в номере писателя Никиты лежала шкатулка из ракушек, закрытая на маленький висячий замочек. Это была та самая шкатулка, которую пожарный Андрей доставил в Карадагскую пещеру и которую они оставили там, чтобы полиция могла поймать того, кому шкатулка предназначалась.

Получается, Никита соврал ей, когда сказал, что предупредил Николая. Получается, он с самого начала захватил шкатулку с собой и уже наверняка знал, что в ней лежит. Получается, что он и не думал отдавать шкатулку в полицию, а ввязался в какую-то только одному ему понятную и наверняка опасную игру.

От совершенного ею открытия у Полины даже дух захватило. Не очень соображая, что она делает, она взяла шкатулку в руки и провела пальцами по шершавой поверхности ракушек. Щелкнула дверь, Никита вышел из ванной и уставился на нее – красную, взволнованную, стоящую со шкатулкой в руках.

– Шерлок Холмс, – с ласковой насмешкой сказал он и, подойдя к Полине, одной рукой вытащил шкатулку из ее крепко сжатых пальцев, а другой обнял ее за плечи. – Когда ты голая ведешь расследование, ты становишься такой чертовски соблазнительной, что я понимаю, что на пляж мы сегодня попадем только к вечеру.

– Погоди. – Полина вывернулась из его рук и требовательно уставилась в лицо. Глаза ее пылали. – Я хочу знать, что все это значит? Получается, ты тогда забрал шкатулку из пещеры?

– Забрал.

 – Никита покаянно покрутил головой. – Ты посуди сама: ну как ее можно было там оставлять? Неужели ты думаешь, что полиция поехала бы за ней, чтобы узнать, что в ней лежит?

– Но тогда почему ты мне не сказал об этом?

– Потому что сначала хотел убедиться, что знание о том, что находится внутри, не преумножает печали знающего. Пойми, это могло быть опасно, и я не хотел втягивать тебя в это.

– Спасибо за заботу. – В голосе Полины сквозил металл.