Если судить по жестам, описывающим фигуру прекрасной дочери лорда Севера, выходило, что передвигаться с ними в человеческой ипостаси было бы затруднительно. Но именно ее формы не оставили равнодушным наследного принца Улайда!

Мне почему-то стало противно. Настолько, что я даже согласилась на кружку яблочного сидра, решив заглушить мерзкий привкус во рту. Впрочем, тот факт, что Рион Брант любит покрупнее, причем настолько, что не поленился ради роскошного женского тела приехать в Северный Предел, меня нисколько не касался.

Было лишь интересно, как он собирается протащить свою любовницу через первое испытание, если на Королевский Отбор допускались только девственницы. Как убедит магов в том, что леди Астра еще ни разу не была с мужчиной, если… гм… она с ним была?

Но не факт, что он собирается сделать из нее жену.

С другой стороны, какое мне дело до перипетий любовной жизни наследного принца?

Сделав еще пару глотков и полюбовавшись, с какой брезгливостью младший брат слушал хвалебные оды мужской доблести принца и женским прелестям леди Астры, потянулась к мясному пирогу. Дорога вышла длинной, и я успела порядком проголодаться.

Впрочем, скоро любвеобильного принца оставили в покое, и в обеденном зале принялись обсуждать Несмайр. Вернее, то, что проклятый король Красных Драконов Матиас I стягивал к границе Улайда войска и — странное дело, в таверне знали даже и об этом! — к ним готовились присоединиться и верные нам тумы.

Армия полудемонов уже направлялась к Великой Стене.

Если Красные драконы выступят в союзе с тумами, то и демоны не будут мешкать. Король Лофрая Осгор только того и ждет — хитрый черт! — чтобы накинуться на Улайд и оттяпать у него весь Север, а потом и остальную страну. В одиночку Осгору не справиться, но если к нему присоединится Нейсмар, то начнется война. Такая, что по Улайду потекут реки крови.

Только вот, по мнению завсегдатаев постоялого двора, потоками крови умоется именно мое королевство."

"Я тронула брата за руку, потому что мне показалось, что Патрик едва сдерживает рвущийся наружу драконий гнев. Ведь та битва на Кровавом Перевале, храбрость защитников которого в Несмайре всегда ставили в пример молодому поколению, в Улайде считалась нашим поражением. Со слов пьянчуг выходило, что после разгрома на Кровавом Перевале армия Улайда загнала мерзких Красных крыс в горные норы и загонит еще раз, если понадобится!..

Слава Пращуру, у брата хватило выдержки промолчать.

В обеденном зале пили так дружно, что очень скоро о Несмайре забыли, да и разговоры пошли совсем уж не для женских ушей. Бородатый мужичок упал с лавки и захрапел. За соседним столом падать не стали — заснули, пристроившись в блюде с тушеной капустой и свиным холодцом.