Все ложатся спать рано, и никто не проснется от шума машины – если там была машина – и не обратит на шум никакого внимания, если будет на ногах. Врач считает, что смерть наступила мгновенно. Никаких следов борьбы нет. По словам Диккенсона, мистер Верекер имел обыкновение приезжать из города с друзьями на выходные. Нам нужна его машина. Возможно, в ней удастся что-то обнаружить. В общем, сэр, я думаю, что нам придется обратиться за сведениями в Скотленд-Ярд.

– Совершенно верно. Дело не наше. И все-таки вам следует непременно отправиться в этот коттедж, поговорить, посмотреть, что удастся выяснить. Там у него есть какие-то слуги?

– Нет, сэр. Женщина по фамилии Битон наводит порядок в коттедже, но, насколько я понимаю, она живет в своем доме. Само собой, я повидаю ее, только в коттедже вряд ли кого обнаружу. Но могу собрать о нем сведения.

Инспектор ошибся. Полчаса спустя, когда они с констеблем Диккенсоном вышли из полицейского автомобиля возле «Риверсайда», стало ясно, что в коттедже кто-то есть.

Коттедж представлял собой небольшой оштукатуренный кирпичный дом с зелеными ставнями, стоявший в спускавшейся к реке рощице. Торговцы недвижимостью назвали бы это место живописным и уединенным, других домов летом из окон коттеджа видно не было.

Когда машина подъехала к крыльцу, в доме залаяла собака, и констебль сразу же сказал:"

"– Странно. Насколько я знаю, собаки у мистера Верекера никогда не было.

Инспектор нажал кнопку электрического звонка, заметив:

– Может, это собака уборщицы. Кто смотрит за садом и электрогенератором?

– Юный Битон, сэр. Приходит два раза в неделю. Но он не пустил бы свою собаку в дом. А там определенно кто-то есть. Я слышу, как он ходит.

Инспектор нажал кнопку звонка снова и уже собрался нажать ее в третий раз, но тут дверь открыла девушка с ярко-рыжими кудрями и очень большими блестящими темными глазами. На ней был мужской халат на несколько размеров больше, чем нужно, а занята она была главным образом тем, что удерживала сильного бультерьера, взиравшего на гостей без особой симпатии.

– Тихо! – приказала девушка. – К ноге! Что вам надо?

Последняя фраза, произнесенная удивленным тоном, была адресована инспектору.

– Инспектор Джерролд, мисс, из Хенборо, – представился тот. – Я хотел бы поговорить с вами, если можно.

Девушка хмуро посмотрела на него.

– Не знаю, о чем вы собираетесь со мной говорить, но, если хотите, можете войти. Назад, Билли!

Мужчины вошли в квадратный зал, обставленный в модернистском стиле. Ковер и шторы с кубистским рисунком, трубчатые стальные стулья и приземистый стол беленого дуба. Девушка, заметив, как констебль Диккенсон удивленно захлопал глазами при виде такой обстановки, сказала с беглой улыбкой:

– Не подумайте, что это я устроила.