Полагаю, моё письмо сначала пройдёт тщательную проверку у её супруга, Яргарда Сэйнара, под чьё влияние Тэрэса Аннэлия так безоговорочно переметнулась, отрёкшись от отца и Арганды.

Собирался поехать в храм и увериться сам, что моя жена не самозванка. Но за собственным теперь ещё более усложнившимся расследованием, и срочными делами, щедро отсыпанными мне королём по приезду, вырваться так и не удалось."

"А может, это только оправдание для самого себя.

Слишком по вкусу мне пришлись все эти странные и необъяснимые изменения в супруге. Слишком по вкусу пришлась мне сама она вот такая.

Захотелось изучить. И распробовать. Никуда ведь не денется от меня.

Но моя жена-незнакомка удивила опять. Открылась мне. И выдала такую правду, которую я уж точно не ожидал услышать. Правду, полностью объясняющую все несостыковки и странности. Но при этом вышибающую землю из-под ног.

Чувствовал, что она не врала.

Вот только поверить и принять, это далеко не одно и то же.

Я слушал взволнованный лепет незнакомки в теле моей жены, ощущал, как она боится, как эмоционально переживает всё, что говорит, понимал, что верю, и каждое её слово всё больше что-то во мне разрушало.

Предполагать вмешательство Богини в спасение Анны, и точно знать, что она в тело моей жены поселила душу из другого мира, слишком разные вещи.

Мною сыграли вслепую. Снова. И от этого до сих пор воротит. Но…

Богиня в своём праве.

Анну убили. Странную, нелепую в своей чудаковатости, немного наивную и глупую, как мне казалось, но в общем-то довольно светлую девочку… убили. Она была моей женой. Я клялся защищать и беречь её.

И не уберёг.

Нужно было не слушать весь этот бредовый лепет про стыд и срам, привезти её в свой дом и закрыть там.

Отрезать возможность общаться с Иезеннией. Глядишь, Анна и поумнела бы. Хватило же ей ума пойти против старой вороны и не отказывать мне в консумации брака. По-другому то, что между нами происходило в первую брачную ночь я и назвать не могу.

Нужно было, да.

Я не настоял. Меня коробили и жутко раздражали её эмоции. Не таких ждёшь от молодой жены, которая по своей воле вышла за тебя. Потому и не стал неволить. Позволил жить в королевском дворце, наивно полагая, что эта тихая скромница никуда не влезет. Не в моих правилах принуждать женщину быть со мной.

И ломать волю, насилуя душу и тело, тоже… не по мне. Я не отец. И никогда не позволю себе таким быть.

Неужели… он убил Анну? Или этот отморозок Иего? Если культ возродился, и они оба замешаны, то вполне могли.

Но стоит ли вообще верить словам Иезеннии? Старую стерву ведь до сих пор не нашли.

– Как ты поступишь со мной, если Богиня откажется с нами говорить? – вырывает меня из размышлений голос… Анны.

– Мне не обязательно с ней говорить, чтобы узнать то, что я хочу.