Глава 47

Федерик застывает, снова нахмурившись. В лунном свете его черты кажутся резче чем обычно. И я чувствую, что о покойной жене ему говорить совершенно не хочется.

– Прости, если зацепила за больное, – иду на попятную. – Если не хочешь, можешь не отвечать. Я пойму.

На меня устремляется пронзительный взгляд серебристых сейчас глаз, нереальных, завораживающих.

– Я расскажу, раз ты спросила. Но взамен хочу услышать о твоём первом браке, – заявляет спокойным тоном, вышибая меня из колеи. И прежде чем я успеваю что-либо ответить, продолжает: – Наша с Ноэми помолвка была заключена, когда мне исполнилось пятнадцать, а ей одиннадцать.

Династический союз между наследным принцем Арганды и княжной Манара, это небольшое, но весьма богатое княжество на западе от нас. Её с рождения готовили к подобному браку, поэтому мой титул моя невеста воспринимала, как должное. Но тебя ведь не только это интересует, верно?

Отрицать не вижу смысла. Всё равно ведь по эмоциям поймёт. Поэтому просто молча киваю, предоставляя ему самому решать, что говорить.

– Мы поженились, когда ей исполнилось двадцать, – продолжает свой рассказ Федерик.

– Так настояли её родители, а я не возражал. И только перед свадьбой выяснилось, что она сильно переболела в свои семнадцать. Перенесла белую лихорадку, тяжёлую болезнь, которая наносит непоправимый вред не только организму, но и магическому резерву. Когда мой отец узнал об этом, то тут же потребовал, чтобы я расторг помолвку и взял другую жену. Я отказался. Ноэми была очень светлым и добрым созданием, мне она искренне нравилась, и ломать её жизнь своим отказом жениться мне не хотелось. Тем более, что болезнь она победила, лекари в один голос твердили, что её жизни и здоровью больше ничего не угрожает, если следовать некоторым незначительным предписаниям, а подождать пару лет с наследниками в двадцать четыре мне не казалось сложным.

– Лекари ошиблись? – тихо спрашиваю я."

"– На тот момент нет. Ноэми действительно поправилась. И первые годы всё было замечательно. Мы хорошо подошли друг другу, и между нами зародились взаимные нежные чувства. Но спустя три года мы решили, что пора уже подумать о детях. Я, конечно же, вызвал лучших лекарей, чтобы удостовериться, что это не повредит моей супруге.

Те заявили, что она здорова и может выносить мне наследника. Вот только с этим возникли проблемы. Забеременеть она не смогла. Лишь спустя ещё три года в её чреве зародилась жизнь, наши девочки. И за это время Ноэми в полной мере ощутила, каково это быть неугодной невесткой короля Арганды.

Голос Федерика рокочет неприкрытой злостью. И даже если бы я ещё могла сомневаться до этого в муже, то сейчас у меня даже сомнений не возникает, на чью сторону он стал тогда.