– Привет, это Лена, мы вместе учились на бровисток у Виктории Ивановны. Кажется, ты говорила, у тебя брат в органах работает? А, не ты. А у тебя нет знакомых в органах? Очень нужно. Просто посоветоваться.

Обзвонив безрезультатно десяток номеров, она закусывает губу:

– Ты не расстраивайся, поищу еще. Мне скоро за Алинкой в садик… Вместе сходим? Или нет… Лучше дома посиди, вдруг это опасно.

Собравшись, Ленка убегает. Все она делает быстро и на бегу, я завидую тому, как легко у нее это получается. Но, к сожалению, сестра иногда не успевает даже подумать, прежде чем что-то сделать.

Пока их нет, я убираюсь на кухне. Мою посуду, разгребаю завалы на столе и подоконнике. Уже жалею, что пришла. А если Яров узнает, где живет сестра и заявится? Чем я думала, когда приходила, Ленка с Алиной совсем ведь беззащитны перед бандитами.

Я даю себе обещание, что завтра непременно уйду.

А ей скажу немедленно вызывать полицию, если появятся подозрительные гости.

Ленка с дочкой появляются через полчаса.

– Тетя Карина! – девочка прыгает на шею, затем сползает с меня и тараторя, ведет в комнату показывать рисунки и поделки.

Испытывая острую грусть, я рассматриваю рисунки на тему «Я и моя семья». Кое-где Алинка кроме себя и мамы изобразила и меня. Гоню грусть подальше, улыбаюсь и хвалю старания, хотя мысленно очень далека от Алинки. Кажется, девочка замечает, что я не в своей тарелке и отстает.

При ребенке мы по умолчанию не говорим о проблемах.

– Еще завтра позвоню, – обещает сестра, и мы начинаем готовить ужин.

По пути из сада сестра купила пакет летних красных перцев и фарш. Я отвариваю немного риса, Алинка моет перцы, а Лена замешивает фарш со специями и укропом. Летний укроп пахнет восхитительно. Ничего так не придет летней изюминки, как он.

Я вырезаю сердцевинки у перцев и даю начинить их Алинке, она это обожает. В это время готовлю легкий летний салат из помидоров и огурцов. Мы так увлекаемся, что время пролетает незаметно.

– Прям как в прежние времена, – вздыхает сестра. – Я скучаю по бабушке.

– Я тоже, – бормочу я.

Кто нас по-настоящему любил, так это она. Мама Ленки осела где-то на севере, моя тоже завела новую семью. Они считали, что о нас есть кому позаботиться и оставили нас на свою маму, на которую всегда можно было положиться. Мой отец испарился, а ее после развода с ее матерью, тоже перестал вспоминать о дочери. Бабушка нас любила. И дедушка тоже, но он умер еще десять лет назад, а она недавно. Я не привыкла, что теперь осталась старшей в семье.

На ночь мне стелют на раскладушке на кухне. Сестра с Алинкой ложатся в комнате. Простынь и подушка слегка отсыревшие, раскладушка безумно неудобная. Мне грустно, я слушаю, как в комнате Алина шушукается с мамой. У нее хотя бы ребенок есть… Моя несбыточная мечта.