– Девочка, сотрясаемая рыданиями, закрыла лицо ладонями. – Я сама видела, как ее душили, но не смогла ничего сделать, меня Денис удержал, сказал, что и с нами так же поступят, не посмотрят, что я дочь альфы.

– Ты же сказала, что видели только Стас и Денис.

– Я соврала! Меня напугали, обещали, что вы меня убьете, как только услышите правду.

– Я не убиваю глупых детей. А вы что там делали?

– Мы следили за Громовыми, нам казалось это прикольным. Какая же я была дурочка! – Девочка сжалась, сидя на стуле. – Обсуждали, смеялись, делали ставки: станут ли водители кидаться в драку или нет.

Мне так стыдно. – Леся перешла на несвязанный вой. – Я не хотела, чтобы кто-то умирал.

– Выпей воды, – протянул прохладную бутылку из холодильника. Помог открутить пробку, ее пальцы ходили ходуном. – Пей. Отец тебя поэтому не привозил, когда мы встречались с твоими друзьями? Боялся, что ты проговоришься?

– Угу, – после трех глотков с силой закрутила крышку. – Папа пригрозил изгнанием, если Громовы не прекратят. Они обещали! И вот опять. Вторая смерть на их совести, я в интернете читала заметку и видела фотографию погибшего мужчины в окружении семьи.

У Николая остались жена и трое детей, – назвала погибшего водителя по имени. – А они забрали отца семейства. Это же не прощается ни в нашем мире, ни в мире людей.

– Значит, ты понимаешь, что будет с вашими Громовыми?

– Понимаю. – Девочка сползла на краешек стула и сидела неподвижно.

– И все равно пришла ко мне?

– Я не могу, как они! Не могу, как отец! Даже если они моя стая, они убили, лишили жизни! А вы должны знать, должны знать родные Ирмы, они же страдают, ломают голову, за что погиб их ребенок.

Вот так и рушится иллюзия идеального мира, созданного отцом, где не только черное и белое, но есть еще и другие оттенки.

Бедный ребенок взял ответственность за взрослых на себя.

– Ты очень мудрая. Мудрее и честнее многих взрослых. Знаю, тебе от этих слов не легче, – стараюсь подбодрить ребенка. – Я должен позвонить твоему отцу. – Леся согласно кивает. – Присядь на диван, тебе там будет удобнее. Все же придется подождать.

Глава 34"

"Дочка Платова старается не шевелиться и не дышать, боясь привлечь к себе внимание. Когда слезы иссякают, она исподтишка поглядывает на меня.

Изображаю рабочий процесс, но на самом же деле после короткого разговора с ее отцом прокручиваю в голове все возможные варианты нашей встречи.

Не хочется развязать холодную войну с соседней стаей, но и сделать вид, что забыл о смерти волчицы из своей, не могу, да и сам себе не позволю.

Звуки торопливых тяжелых шагов долетают до моего слуха, и девочка нервно привстает с дивана. Павла я заранее отпустил, не хотелось бы, что еще один человек случайно пострадал.

– Рокотов.