– Лео и все? – Такое редкое имя должно было отложиться в голове.

– А что еще нужно?

– Отчество?

– Поверьте, Евгения, мое имя и отчество лучше не знать. Вместе их очень трудно выговорить, я и сам иногда ошибаюсь.

– Поверьте, я готова. В школе, где я работала, директора звали Владислав Аристархович, я неделю училась правильно произносить его отчество, а ученики называли его только «Вы».

– Раз вам так интересно, пожалуйста. Леопольд Максимилианович.

– Вы победили, Лео. Владислав Аристархович теперь занимает второе место. Вам, наверное, нелегко было в школе? – я невольно улыбаюсь.

"

"– Во времена моего детства имя было невероятно популярно, и в школе меня точно никто не дразнил. Родители предпочли домашнее обучение. – «Сколько же ему лет?» – задаюсь вопросом. Явная седина в волосах на голове и шикарной бороде, но она не вяжется с уверенными, пружинистыми и полными сил движениями тела. – Так вы работали в школе?

Не задумываясь отвечаю на вопросы о работе в школе, отмечая про себя, что не могу назвать даже примерный возраст Лео. И чем больше сижу в мрачном кабинете, выполненном из металла и камня напротив мужчины, тем меньше что-либо понимаю.

В процессе беседы меня угощают кофе и пытаются накормить, такое дружелюбие не вяжется со сосредоточенным, даже немного злым видом. Задает «неудобные» вопросы, словно знает больше, чем хочет показать, и сравнивает мои ответы с известными ему.

Когда же касается темы брака, я неосознанно вспыхиваю. Страх и боль воспламеняют за долю секунды. Лео тут же вежливо прощается и желает хорошего дня.

Рабочие дни проходят насыщенно, я изучаю регламент компании, делая важные пометки в блокноте, и осваиваюсь в программе.

Нужно отдать должное Дмитрию: первые дни работы коллектив относился к нему скептически, но парень смог доказать, что занял руководящую должность не только благодаря фамилии. О том, что Дмитрий – племянник генерального, офис сплетничал к вечеру первого дня.

К слову о генеральном, я краем глаза замечаю его мощную фигуру, входящую с улицы. Он равнодушно скользит взглядом по стойке, здоровается с девочками и, когда я уже приготовилась ответить на приветствие, отворачивается к кофе-автомату.

– Странный он какой-то. – Ира шепчет, спрятавшись за монитор.

На время обучения она взяла надо мной шефство, и теперь наши рабочие места рядом.

– Почему? – Делаю вид, что подобное пренебрежение мне безразлично.

– Зачем он пьет эту дрянь?

– Кофе любит, – поднимаю глаза. Лео нажимает кнопку на панели автомата и ожидает.

– Как можно любить эту бурду? Уверена, что в его распоряжении есть кофе-машина или помощница, которая сделает нормальный напиток.

– Помощник, – поправляю.

– Тем более странный. Помощник…

Мы замолкаем, генеральный проходит мимо нас.