Мы…

– «Мы» закончились, Дара. Ты собственным поведением лишилась уважения как волчица и как женщина. – Мой слух сосредоточен на одном сердцебиении – сердцебиении моей пары, и она взволнована, оглушая частыми ударами. Скованные извинения, неровные шаги по лестнице. Чер-р-рт. – Я предупредил! – отрываюсь резко от столешницы, пугая волчицу. – Предупредил как альфа. Порог моего дома не переступаешь без разрешения. Я всегда был предельно честен с тобой. Не заставляй меня разочаровываться еще больше, – шепчу сквозь зубы. – Ясно? Ясно?! – вырывается рычанием.

– Да.

Глава 54

Ну что ж, пришло время признать: справляться со стаей проще, чем найти компромисс со своей парой. С оборотнем достаточно одного тихого приказа, тяжелого многообещающего взгляда или низкого рычания, и я добиваюсь результата. А с Женей такая система поведения не работает – я ее просто не могу применить. Не могу и не хочу воздействовать на свою избранницу.

Твердые намерения рядом с ней обретают гибкость, а многолетние принципы становятся не такими и незыблемыми.

Фраза, сказанная максимально твердым тоном: «В идеале ты переезжаешь ко мне и оставляешь работу» – разрушается под воздействием мягкого голоса:"

"– Мой опыт говорит, что женщине нельзя полностью зависеть от мужчины.

А что я должен ответить? Твой бывший – настоящий мудак и не стоит проецировать поведение больного урода на всех остальных? Или: «Твои опасения беспочвенны, оборотень никогда не причинит вреда своей истинной»?

Оба ответа подставляют меня с потрохами. Черт! И ведь не заврался, нет. Не врал. Но почему же так сложно!?

– Я не буду переезжать. Это же… слишком поспешно. Я не против оставаться ночевать у тебя, проводить выходные, если пригласишь.

Поспешно! Если бы только знала, сколько я ее ждал.

Смотрю в бездонную синеву глаз и понимаю, что не отпущу. Что бы Женя ни сказала, назад дороги нет. Ее дом здесь. Ее семья здесь. Я не представляю ночи без нее. Без бархата кожи, тихого дыхания рядом, дурманящего запаха, даже ладошка, лежащая на моей груди, воспринимается как что-то неотъемлемое. И девочка решает меня добить: «…У меня будет угол, куда я смогу вернуться, если… устанем друг от друга».

Устанем друг от друга. И не получается рассмеяться в ответ, услышанное до боли сжимает грудь.

Даю Жене время обдумать, а, главное, себе – успокоиться.

С ней каждую минуту, как по тонкому льду: один неверный шаг…

Зверя первого одолевает беспокойство, он вскидывается, тянет. В мою нервозность вплетается тонкими нитями паника, смешивается с ужасом и омерзением. Дыхание сбивается, холодеют ладони, на лбу выступают мелкие капли холодного пота.

Женя!

Кресло по инерции с грохотом откатывается, ударяясь о стену – срываюсь с места:

– Да, – принимаю вызов, пересекая приемную.