Я даже погуглил, хорошо в интернете информации много. Как выяснилось, Вера Григорьевна работала в должности главврача уже семь лет, писала какие-то доклады для международных конференций, вела научную деятельность, да и отзывы о ней были только самые положительные. Хотя один отрицательный все-таки проскочил, при том такой, что он как-то терялся на фоне хвалебных дифирамб. Женщина обвиняла Гедуеву в алчности, вымогательстве денег и желала ей на своей шкуре испытать такое отношение, где деньги идут превыше человеколюбия.

Это, конечно, меня зацепило. Не бывает на пустом месте громких обвинений, однако порыскав на всех сайтах, больше подобных отзывов я не нашел. Либо их удаляли, либо случай, в самом деле, был единичным.

Мысли так и крутились вокруг Веры Григорьевны, я даже когда на свидание к Маринке притащился, никак не мог успокоиться. Леонова это заметила, она вообще была очень внимательной, чуткой и, самое главное, практически не выносила мозг, что, кстати, редкость для ровесниц."

"– Вить, все нормально? – поинтересовалась Марина, отложив папку с меню. Мы сидели в «Тесле» напротив витражного окна, откуда открывался вид на серый заснеженный город, и ждали ее подружек. Вообще я не очень любил помпезные заведения, до недавних пор, до выпуска, сам таскался в дорогие ресторанчики с пацанами, девчонками. А потом, после ночки на лавке, как отрезало. Хотя мог себе позволить любое заведение, но как-то, наоборот, тянуло к домашнему уюту что ли, к чему-то попроще, без особых изысков. Однако с Мариной не получалось попроще: она вечно выбирала лучшее. Вот, допустим, если идем в кино, то только в вип-зал, и плевать, что сеанс неудобный, фильм неинтересный. Поехали как-то отдохнуть в горы, так Леонова выбрала самую дорогую гостиницу, от которой пришлось еще на машине почти сорок минут телепаться до подъемников. Зато подружки обзавидовались. Собственно, это был единственный минус Маринки, в остальном она была очень даже адекватной, податливой, видимо, поэтому мы продержались вместе уже четыре месяца. Хотя обычно я девчонок менял через месяц в лучшем случае.

– Да, хорошо выглядишь, кстати, – растянул я губы в улыбке.

– Девушка всегда должна хорошо выглядеть, – ничуть не смутившись, ответила Леонова. Смущалась Марина, реально, редко. Наверное, потому что привыкла получать комплименты, быть в центре внимания, да и опыт как-никак имелся. Она ведь была очень красивой: каштановое каре до плеч, пухлые алые губы, миндалевидной формы глаза, да и фигурка, словно выточенная скульптором. Одним словом – Афродита нервно курит в сторонке.

– Марин, приветик!

– Маринчик, салют! Витюш, привет, – раздались за спиной голоса двух закадычных подруг Леоновой.