Когда на часах пробило семь вечера, Шестаков улизнул с кухни в спальню, мы планировали там устроить романтический ужин. Выглянув в коридор, я услышала звук шуршания мишуры и пришла к выводу, что Витя занялся украшением комнаты.

Мне до сих пор не верилось, что в этом году все получится. Мы встретим бой курантов вместе.

Ближе к восьми вечера мне позвонила мама. И хотя она знала, что я и Витя будем отдельно отмечать праздник, все равно закидала вопросами. А как у вас там дела, все ли купили, не передумали ли, может, приедете, ведь уже был накрыт стол. Я выслушала ее и даже в какой-то степени понимала желание мамы собраться вместе.

Все-таки Новый год – семейный праздник, а мы разделились. Но с другой стороны – это был наш первый совместный праздник с Витей. Этот день в календаре мне виделся чем-то особенным. И я хотела, чтобы он таковым и остался."

"Тем более Витя поставил маленький складной столик в спальне, зажег гирлянды, украсил елку, даже гуся посадил на стул в качестве третьего гостя. Он так старался угодить мне, что я растрогалась, поражаясь тому, как мне повезло с любимым человеком. Не каждый готов на все ради девушки.

Мой Витя был полной противоположностью всех. Он был другим, я знала это, помнила с детства.

Поставив тарелки с блюдами и приборы на стол, мы уселись друг напротив друга. Робкое молчание. Неверие в происходящее. Я читала во взгляде Вити то же самое, что было и в моём. Этот вечер казался волшебным, чем-то нереальным, словно прекрасный сон наяву.

Шестаков выключил свет, расставил на столе четыре белых больших свечи и включил телевизор, где уже шла серия «Приключения Шурика».

– Тебе не кажется, – я подалась вперед через стол, прихватив рукой распущенные волосы, чтобы они не попали в салат.

Буквально полчаса назад я переоделась, сейчас на мне было бордовое платье с рукавом три четверти чуть выше колена. Его ткань переливалась, казалось, оно было обсыпало маленькими яркими камешками. Платье подчеркивало все изгибы моего тела, а вырез на груди делал его довольно женственным. Я подвела глаза, ресницы теперь выглядели длинней, взгляд стал выразительней. Губы накрасила алым блеском, от него кожу покалывало, но таким образом косметика создавала эффект зацелованности. Волосы не стала закалывать, оставила их распущенными, мне хотелось сегодня быть самой красивой для Вити, хотелось, чтобы он был очарован мной.

– Кажется, – он тоже наклонился ко мне, подперев ладонью подбородок. В отличие от меня, Витя особо не наряжался. Надел белую майку и джинсы, слегка взлохматил волосы. Но он и без всяких приготовлений выглядел привлекательно, особенно когда вот так смотрел на меня. От его взгляда внутри вспыхивали маленькими искрами звезды.

– Я еще и не договорила.