Неожиданно вздрогнув, Аня вцепилась рукой в подоконник и напряжённо вытянула шею, не смея поверить в худшее: от стены дома отделилась коренастая мужская фигура и пошла за Дмитрием след в след.

Разглядеть преследователя Аня не могла, но двух мнений ждать не приходилось: за её квартирой следили. Причём нагло, в открытую, с расчётом на то, что она увидит и испугается. Видимо, Кириллу показалось мало приколоть на рюкзак угрожающую записку и подослать Сметанину с предупреждением, он решил надавить на неё лично, используя её друзей как наживку.

Первой мыслью было бежать, догнать Дмитрия, предупредить об опасности, и она, выскочив в прихожую, сунула ноги в туфли, но тут же сбросила их обратно.

Нет, здесь нужна совершенно другая тактика. Она не должна показывать своего беспокойства, а когда Кирилл поймёт, что Гук не имеет к ней отношения, он отстанет от него. Главное сейчас – соблюдать дистанцию с людьми, никого не подпуская к себе близко. Только так она может защитить их. Только так и никак иначе. На плечи словно налегло тяжёлое коромысло с двумя вёдрами песка. Заболела спина, и стало трудно дышать.

Сунув руку в карман платья, Аня нащупала мобильный телефон и, глотая слёзы, набрала номер Дмитрия, который сходу запомнила наизусть.

«Абонент временно недоступен», – равнодушно известил её женский голос, заставляя воображение рисовать страшные картины драк и погонь. Время перекувырнулось и побежало вспять, отщёлкивая секунды, которые слишком медленно превращались в минуты.

Снова и снова Аня нажимала кнопку вызова до тех пор, пока, наконец, не раздался щелчок, и голос Дмитрия не произнёс:

– Аня! Как хорошо, что ты позвонила, я хотел сказать…

– Дима, я хочу тебя попросить больше никогда не подходить ко мне близко. Пойми меня правильно, так надо.

По возникшей паузе она угадала, что он озадачен, и от его вопросительного недоумения ей стало совсем тошно.

– Аня, но почему? За что? Скажи, что я сделал не так?

Фразы распадались на звуки, заставляя Анины глаза набухать горечью слёз.

– Всё так, Дима, – обречённо сказала она, тщательно взвешивая каждое слово, – дело не в тебе, а во мне. Прости.

Палец, нажимающий кнопку отбоя, весил тонну и не хотел сгибаться. Но всё же Аня заставила себя прервать разговор, упав навзничь на мягкий диван с огромными подушками.

На душе было гадко, а в мозгу пусто, но теплота, таящаяся в глубине обновлённой души, не растворилась в обиде на судьбу, оставляя надежду на лучшее.

«Во всех непредвиденных случаях не дай мне забыть, что всё ниспослано Тобою», – как утешение и избавление, всплыла в памяти молитва последних Оптинских старцев.

«Во всех непредвиденных случаях не дай мне забыть, что всё ниспослано Тобою», – подумал Дмитрий Гук, глядя на потухший экран мобильника.