— Александр Игнатович ждёт вас в кабинете, — тихим голосом, словно боясь потревожить эту тёмную тишину, — произнёс дворецкий

— А где бабул…Ольга Григорьевна? — спросил Владимир

— Ольга Григорьевна сильно расстроилась, приглашали врача, теперь спит, — ответил дворецкий и Владимиру стало стыдно.

Бабуля любила их обоих одинаково, она никогда не выделяла ни Бориса, ни Владимира. Конечно, для неё смерть Бориса стала ударом, но Владимир, погружённый в свои переживания, даже не позвонил бабуле, чтобы предупредить.

В кабинете отца ярко горел свет. Отец сидел и что-то писал.

Владимир подумал, что для отца на свете нет ничего, что могло бы заставить его отказаться от своего обычного графика. Наверняка, сидит и пишет план дел на завтра.

Белозёрский старший поднял голову и кивнул на стул для посетителей.

Владимир сел.

— Итак, ты знаешь, что Бориса убили, — снова утвердительно, а не вопросительно, сказал отец, но вопрос всё-таки задал:

— Может тогда и назовёшь кто?

На этом вопросе отец взял в руки пульт, выключил свет в кабинете и следующим нажатием кнопки вывел на экран картинку, которую Владимир уже видел в своей квартире, это была записанная проекция, вызванная поисковиком:

Марина в распахнутой рубашке красного цвета с безучастным лицом и лежащий на полу мёртвый Борис.

— Знаешь её, — и снова фраза прозвучала как утверждение, не как вопрос

— Знаю, — не стал скрывать Владимир, — как раз хотел с тобой поговорить. Она не убивала его.

Александр Игнатович даже не пытался скрыть издевательские нотки в голосе, когда переспросил:

— А кто же убил? Ты что ли?

— Это случайность, — Владимир понимал, что после видео поисковика, сложно буде с доверием и глядя на отца понял, что тот не верит.

— Хватит, — вдруг резко сказал Белозёрский-старший, — не хватало ещё, чтобы ведьмы нас убивали словно скот.

— Нет, отец, — Владимир не на шутку разозлился, — ты выслушай меня, она не виновата. Так сложились обстоятельства.

— Они убили Бориса! Твой брат умер! Какие могут быть обстоятельства! — Белозёрский усмехнулся, и сказал:

— Тебе что вообще на брата плевать?

Владимир понял, что сейчас говорить с отцом о том, чтобы вытащить Марину бесполезно.

И теперь ему всё меньше нравилось куда всё шло.

— Что ты пишешь? — спросил Владимир.

Ему показалось, что отец взглянул на него удивлённо, но ответил:

— Приглашения на похороны

— А что ты собираешься делать… против неё? — спросил и застыл в ожидании ответа

— Я её сожгу, — коротко ответил Белозёркий и снова уткнулся в написание приглашений.

И так это обыденно прозвучало, что Владимир понял, Белозёрский принял решение. А всем известно, когда Белозерский старший принимает решение, то оно никогда не пересматривается.