"

"Савелий упирается одной рукой в стену, а второй собирает в кулак мои волосы. Я слышу его вздох и бегло улыбаюсь. Я чувствую, как сильно ему нравится. Скольжу языком по члену, щедро смачиваю слюной, облизываю. В полной темноте. Только на ощупь. Лишь мы, наши звуки, стоны. Втягиваю в себя член еще раз, а потом, смутившись, поднимаюсь. Ноги ватные. В ушах бахает, гудит. Сердце судорожно колотится в горле.

Может, Савелий рассчитывал на финал в такой позе? Рядом с ним я определенно смелее, но всё же не могу долго проявлять инициативу.

Он может. Действует, словно именно так и было запланировано.

Снова разворачивает меня спиной к себе. Накручивает волосы на руку, оголяя шею. Я вздрагиваю от прикосновения губ, а потом от мокрого языка. Савелий ведет, а я дрожу. Дрожу. Дрожу.

Член протискивается между моих складочек плавным медленным толчком. Я громко выдыхаю, исчезнув из этого мира. Ошеломление. Ещё один толчок. Я хаотично царапаю ногтями стену, ощущая наполненность, растяжение. Каждый толчок — по всем нервным окончаниям.

Савелий просит прогнуться сильнее.

Я привстаю на носки и поднимаю одну ногу, чтобы он мог войти полностью.

Ещё. Ещё. Ещё. Разница в росте дает о себе знать, но мы физически не можем остановиться.

Нога дрожит от напряжения, я вся дрожу, пока он вколачивается. Мы занимаемся жадной любовью.

Едва горячка чуть спадает, Савелий тянет в комнату и мы таки добираемся до кровати.

— Можно еще сзади? — волнуюсь я, что он сменит позу.

— Конечно.

На кровати удобнее. Я чувствую его в себе, и прочий мир снова перестает существовать.

Закончив, Савелий укладывается на спину, а я, всё ещё ощущая пульсацию, перебираюсь к нему на грудь. Жар под кожей всюду. Я будто пробежала марафон и купаюсь в море эндорфинов.

Спустя пару минут звонит мобильник. Он уже пиликал, когда мы были вместе, но тогда оба проигнорировали. Савелий приподнимается повыше, и я, поцеловав его в плечо, спрыгиваю с кровати. Телефон светится на полу в прихожей среди нашей одежды и обуви. Увы, мой. Опять проиграла. Мама.

Первым делом кладу цветы на столик, нахожу белую ключ-карту и вставляю в выключатель.

В номере по-прежнему темно, но Савелий нажимает какую-то кнопку, и шторы медленно разъезжаются. Я сбрасываю звонок и пишу: «У меня всё в порядке, я занята».

А потом замираю, глядя на огни города. Подбегаю на цыпочках и, прижавшись к панорамному окну, любуюсь.

— Вот это да-а-а-а! — тяну.

— Надо же, не наебали, — поражается Савелий искренне.

И я смеюсь.

Он приближается, обнимает со спины, и мы какое-то время рассматриваем бескрайний, светящийся миллионами жизней муравейник. Самый любимый город. Такой разный. Кто бы мог подумать, что сегодня я окажусь именно в этой его части?

Савелий целует в шею и спрашивает мягко:

— Тебе понравилось? Я немного спешил.

Киваю.