Во сколько ты выходишь из дома?

Обычно в семь, в шесть тридцать. Но с учетом объявленного бойкота....

— В восемь пятнадцать.

— Она будет у тебя во дворе в это время.

Пускать чужого человека в салон не хочется, но, будем честны, мой «солярис» так часто ломается, что треть жизни проводит в сервисе. При желании там могли бы развесить гирлянды прослушек, только кому я нужна с утренними караоке под Мадонну?

— И куда мы тогда едем? — спрашиваю, немного поерзав. Набираюсь смелости и произношу нейтрально: — Ты бы хотел обсудить дело «ОливСтрой», угадала? Кстати, поздравляю, пресс-конференция прошла блестяще.

— Спасибо, Саш. Вообще-то я готов отказаться от трети гонорара, лишь бы больше не говорить сегодня об «ОливСтрой», — морщится Савелий, и я усмехаюсь.

Это забавно. На работе Исхаков бы в жизни не признался, что его задрал доверитель. Частные адвокаты всегда такие.... терпеливые и внимательные к своим клиентам. Ну прямо лучшие друзья.

— Ладно.

— Я хочу показать тебе вид из окна одного отеля.

Волнение обрушивается горячей волной."

"— Он какой-то особенно красивый, Савелий?

— Пока что понятия не имею. Еще не был.

— Ты просто хочешь мне его показать?

— Точно. Не против?

Я округляю глаза и под аккомпанемент разгоняющегося сердца таращусь на дорогу.

— Ну давай посмотрим, что там за вид. Сегодня как раз погода хорошая, ни облачка.

— Да, славная.

Сердце стучит уже где-то в горле. Савелий так нагл, что это даже хорошо. Мило. Настолько самоуверенно, что работает. Мы едем заниматься сексом. Он хочет меня и не собирается это скрывать.

А по пути... обсуждаем погоду!

На светофоре Савелий поворачивается ко мне и рассматривает. Не знаю, замечает ли он новый макияж.

— Кстати, это тебе. — Он вдруг тянется на заднее сиденье и вручает цветы. — Чуть не забыл.

— Фух! — театрально выдыхаю. — А я все гадаю: мне или «котенку»!

— Какому котенку?

— С которым у тебя роллы в субботу были. И который, наверное, не смог сегодня увидеться, да?

Можете мною гордиться — мой голос не сорвался в конце фразы, хотя был близок к этому. Ревность не спрашивает, насколько она уместна. Она просто ранит.

— А. Понял. Нет, они тебе. Я купил их по пути через десять минут после твоего согласия.

— Сделаю вид, что поверю, — мягко улыбаюсь я. И действительно прощаю ему это.

Савелий тут же заходит в банковское приложение, и я, спохватившись, останавливаю:

— Да не надо, я правда верю. Я.... просто пошутила. Эй!

Он игнорирует протест и, наконец дождавшись загрузки приложения, показывает экран с чеком из цветочного. По времени — ошибся всего на две минуты. Он купил пионы для меня.

— Считай, что убедил. Спасибо за цветы, очень красивые. Шикарные. И такие.... розовые!

— Как твой костюм в прошлый раз.