Я улыбаюсь и машу ей — она салютует бокалом и тоже улыбается, впрочем, довольно кисло.

Сразу оговорюсь, формат вечеринки не предполагает танцы в нижнем белье на барной стойке. Охраны море, всё максимально официально и прилично, и тем не менее. Тем не менее далеко не так чопорно, как в суде. Алкоголь расслабляет, хочется новых впечатлений, и все знакомятся. Попасть сюда было довольно сложно — мы новички в столице, — но не невозможно.

Наконец, перерыв. На сцену выбегает приглашенная музыкальная группа, свет становится приглушенным, и все возвращаются к беседам.

— ... А расскажите теперь, почему перенесли заседание по вашему делу!

— Это правда? Я читал, но не поверил.

— Так получилось, — пожимаю я плечами.

— Вы специально устроили флешмоб с цветами одежды?

— Нет, конечно. Мы бы так не поступили.

Разумеется, специально.

— Вот вы где, Савелий. — К моему столу подходит Прохоров. — Вы обещали меня кое с кем познакомить.

Да твою ж мать. Посмотрите-ка, не забыл. Я усмехаюсь, и он ляпает громко:

— Если у вас к ней нет своего личного интереса, конечно.

Глаза всех, в том числе вытянувшей шею Першиковой, устремляются в мою сторону.

Даже музыка будто тише становится.

— Боюсь, после всей нервотрепки, что нам еще предстоит, Александра скорее выпьет яда, — закатываю я глаза, и все смеются. — Идемте, Иван. Может, вам повезет больше.

Ну сука жизнь. И как тут не наебениться?

Мы проходим через зал, а вокруг столика Саши толпится народ.

Дождикову пора бы к судьям, но он упорно не сваливает. Всей гурьбой воодушевленных мужиков мы здесь ради одной красавицы.

— Здравствуйте, — приветствую я.

Обращаюсь к ней впервые за вечер и просчитываю возможности заговорить снова.

Саша поднимает глаза, и улыбка на ее лице быстро гаснет. Она пугается меня, раскрытия нашего романа и еще Бог знает чего, и это довольно неприятно царапает.

За столиком человек шесть, я улыбаюсь всем одинаково приветливо.

— Александра Дмитриевна, можно вас на минуту?

Она начинает нервничать и кажется такой беззащитной.

Прости меня, моя рыбка. Я не сообразил, как отмазаться правдоподобно. А еще не мог упустить возможность с тобой пообщаться, хотя ты явно не рада.

— Зачем? У вас появилось новое уточнение? — спрашивает Саша строго.

Усмехаюсь:

— Так быстро я не умею.

— Вы же знаете меня, я буду ждать, сколько нужно. — Она поднимается и делает шаг ближе.

Дождиков тоже встает.

— Хочу представить вас Ивану Прохорову. Он весь вечер с вас глаз не сводит.

Саша выглядит расстроенной. И я добавляю, не удержавшись:

— Как и все мы.

Она смеется, и я произношу:

— Александра Дмитриевна.

— Можно Ваня, — не теряется Прохоров. — Слава Богу, мы не на работе.

— Очень приятно, Ваня. Тогда просто Саша.

— Савелий прав, сегодня все только о тебе и говорят.