— А ты уверен, что тех, кто решил вернуться, не отправили лес в Сибирь валить?

— Уверен, Степа, уверен! Поручик Забелин, оставил свою семью, а сам уехал в Питер на разведку. Вчера он вернулся за своей семьей — Ему удалось устроиться в спортивном клубе преподавателем фехтования. Будет подростков к олимпийским соревнованиям готовить. Ему даже комнату дали. А жену он договорился в школу пристроить учителем французского. Во как!

— И как там относятся к бывшим?

— Говорит, что по конституции все равны, нет ни графьев и ни мужиков лапотных. Любой может быть выдвинут в парламент и стать хоть прокурором хоть министром. Лишь бы образование было и мозги работали. Ты вообще в курсе, что их Ленин сам из дворян оказывается был?

— Да ладно заливать-то! — не поверил Степан.

— Да и сам главный чекист Дзержинский тоже из польских дворян!

— Значит не ошибся, знал я его отца Эдмунда Иосифовича. Я тогда в Таганроге жил и мой младший брат учился в Таганрогской классической мужской гимназии, где Дзержинский был учителем физики и математики. — оглянувшись на дверь казино, Степан ткнул в нее пальцем — А с этим что делать? Он нам денег должен.

— Да хрен с ним! пойдем лучше к нашим семьям. Завтра с утра в посольство пойдем.

Наблюдавшие из пролетки за охранниками двое из роты спецназа Сергеева удивленно похлопали глазами — Не понял! Куда это они свалили? Жди меня тут, я за ними — понять надо, куда они направились.

Через двадцать минут к оставшемуся наблюдателю подошел Серый — Не понял, а где Шут?

— Шут следит за охранниками объекта, они минут двадцать назад куда-то отправились. А вон и он!

Шут кивнул командиру — Все чуднее и чуднее! Эти двое похоже по домам свалили. А вон и наш объект нарисовался.

Проигравший свои франки Агабеков удивленно покрутил головой по сторонам, не понимая куда исчезли нанятые им охранники. Из поравнявшейся крытой коляски выскочил крепкий парень и после удара под дых как пушинку забросил предателя внутрь, где его тут же приняли еще двое и, связав руки, вставили кляп.

Коляска подъехала к саду Тюильри, из-за позднего времени здесь уже никого не было, лишь единицы спешили по аллее и Серый указал место — Копайте здесь! Отсюда его хорошо будет видно. — повернувшись к предателю, Серый сплюнул — Ну что, сука! Готовь задницу, сейчас в нее введем вот этот кол."

"Когда яма была готова, Серый поднял на ноги дрожащего от ужаса Агабекова — Гражданин Арутюнов — Агабеков! По решению правительства Советского Союза ты за предательство своей страны и своих товарищей приговорен к смерти через посажение на кол. Извини, мразь, но лучшей смерти ты не заслуживаешь. Кстати, кол мы особо не старались выстругивать, так что занозы будут просто огромными, да и маслом мы его смазывать не будем.