Что произошло? Я переходила дорогу на красный свет? Да?

— Не помнишь? — Мадлен встала с кресла и, приблизившись к кровати, наклонилась ко мне, после чего, повнимательнее, посмотрела в глаза, будто пытаясь там что-то увидеть. — А так ты все помнишь? Нет других провалов в памяти?

— Да, вроде, нет, — я покачала головой, за что тут же поплатилась. Опять тупая боль, но на этот раз в затекшей шее. Задумавшись над вопросом Медлен, я усомнилась в своем ответе. А все ли я помню? Конечно, нет. Людям свойственно забывать незначительные события в их жизнях, поэтому, естественно, мои воспоминания были нецелостными. Но, все равно, мне казалось, что я забыла нечто важное.

— Что ты последнее помнишь? — Мадлен задала очередной вопрос и машинально задумавшись над ним, я окунулась в водоворот своей памяти. Что я помнила последнее? Сложно ответить, когда воспоминания мелькали перед глазами сплошными обрывками. Я помнила, как в детстве мама пекла пироги с печенкой, от запаха которых меня воротило и, как она специально для меня готовила вкусные имбирные пряники. Я помнила, как в школьной столовой покупала чай с кексами. Я помнила, как напилась кофе после подписания контракта с ""Алтитюд"".

— Черт, — я тихо выругалась, понимая, что от желания поесть у меня в голове мелькали воспоминания лишь о еде. Странно, ведь врач спрашивал про мой аппетит, но из-за тошноты, я даже думать о еде не хотела. Теперь же меня крутило от бурчания в животе. — Мадлен, я есть хочу.

— Я спрошу у врача, что тебе можно поесть. Сейчас вернусь — Мадлен ласково улыбнулась и пошла к двери, но пройдя лишь половину комнаты, она внезапно остановилась и обернулась ко мне. — Клоди, мы с тобой, в последнее время, редко виделись и я не знаю всего, что происходило у тебя в жизни. Скажи, у тебя есть парень? Если да, я могу позвонить ему, чтобы он тоже приехал. Мы сейчас в больнице Руана и он мог не знать, что тебя сбила машина. О том, что ты тут, пока что я знаем только мы с родителями, поэтому я подумала, что тебе захочется еще кого-нибудь увидеть.

— Парень? — я насмешливо фыркнула, с трудом изобразив улыбку. Мадлен говорила глупость. У меня через две недели, должна состояться очередная выставка и уж до противоположного пола мне, пока что, не было никакого дела. В голове мелькнула мысль, что из-за моего состояния проведение выставки, возможно, под угрозой. Или она уже прошла без моего участия? Сколько я была без сознания? Хотя, лучше мне об этом не думать. Узнаю о неприятностях на работе и еще сильнее начну волноваться. Пусть лучше будет сладкое неведение, хотя бы до тех пор, пока разум не прояснится. — Нет у меня никакого парня. Но, кстати, — я слабо спохватилась, вспомнив о своей подруге.