В среду, ближе к обеду, когда я бегала по квартире и, в спешке, собирала свои кисти для предстоящего занятия с месье Симоном, позвонил Арне и сказал, что в субботу он будет полностью свободен, поэтому, именно в этот день, парень предлагал осуществить прогулку на яхте. Я сдержанно согласилась, но, когда Арне положил трубку, запрыгала от радости, не заботясь о том, что обо мне подумают соседи, чья квартира находилась под моей. Наконец-то, у нас должно было состояться первое полноценное свидание, а не просто быстрый поход в ресторан.

Оставшиеся дни до субботы мы с Арне не виделись.

Чтобы освободить время для свидания, ему пришлось еще больше нагрузить себя работой. Поэтому, не желая отставать, я тоже усердно трудилась на занятиях с месье Симоном, исправно писала картины и часто заезжала в галерею, пытаясь помочь Гросье.

— Ты стала слишком трудолюбивой и меня это настораживает, — однажды сказала мне женщина. Я как раз сидела за столом и перебирала отчеты по последним дням выставки. Если честно, я там мало, что понимала, поэтому решила, что, в будущем, обязательно схожу на какие-нибудь быстрые курсы по бухгалтерии.

 — Клоди, куда делась вся твоя лень?

— Продала Дьяволу. Он сказал, что моя душа не настолько ценна, чтобы отдавать за нее полную чашку кофе, поэтому свою лень я отдала, как бонус. И да, оно того стоило. Кофе был очень вкусным, — сказала я, поднимая свой взгляд на Гросье. Шутка была так себе, но я и не собиралась веселить женщину. Скорее, мои слова были пропитаны сарказмом. Я злилась на эти чертовы бумаги. Еще я злилась на то, что сегодня была пятница и Арне смог освободить свой вечер, но не для того, чтобы провести его со мной. Сегодня должна была состояться встреча ""Женесе"".

Та скрипачка, наконец-то вернулась в Париж и парни собирались устроить ей приветственную вечеринку в честь окончания тура. Да, завтра мы с Арне должны были провести целый день вместе, но только одна мысль о том, что Арне тратит свое немногочисленное свободное время на вечеринку для какой-то скрипачки и меня жгло от раздражения. Я решила, что позже встречусь с Этьеном и попытаюсь расспросить про это собрание клуба и, если парень скажет, что Арне уделял той девице слишком много внимания, я ему голову откручу. Оказывается, я могу быть жутко ревнивой.

— Чашка кофе? Твоя душа стоит так дешево, — фыркнула Гросье, забирая у меня бумаги, чтобы я больше не мучилась. — Могла бы попросить еще яблочный кекс.

Я промолчала. Не хотелось грубить Гросье, из-за того, что во мне бушевала ревность, растворяя в себе здравый смысл. Она в этом не была виновата.

Весь вечер я занималась самобичеванием. Понуро бродила по квартире, опустив голову, и пыталась заверить себя в том, что Арне имеет право общаться с другими девушками.