Понятно, что не в пределе нормальных укреплений, однако, сюда вряд ли решился полезть бы кто-то из разбойников или диких животных. Даже медведь-шатун к такой толпе людей и то вряд ли сунулся бы. Других же опасностей не наблюдалось, пока во всяком случае…

И вот, когда Андрей вывел на тренировку всю сотню раздался звук сигнального рожка, который предупреждал о появлении гостей.

– Проклятье! – воскликнул Кондрат, явно раздосадованный этим делом. Он планировал вновь продемонстрировать лучшую выучку его десятка, имевшего ядро из прошедших кампанию 1554 года. – Кого там нелегка еще принесла?

– Поглядим, – хмурясь, ответил парень, а потом во всю мощь легких, крикнул. – Сотня! В колонну по четыре! Стройся!

И воины начались строиться.

Да, это было безмерно далеко до настоящих кавалеристов эпохи Наполеоновских войн. Однако и на бардак иррегулярного поместного войска это не походило.

Минут за пять построились. Но сами. Парень не вмешивался, наблюдая.

– За мной! Шагом! – рявкнул Андрей, когда они, наконец, закончили, и повел колонну эрзац кавалерии к реке.

Выглядело красиво. Ровно. Аккуратно. Совершенно не типично для местного исторического ландшафта. Тем более, что до реки дорогу тоже бочкой укатали и кони не утопали в снегу. А потому шли достаточно ровно и легко.

Когда Андрей приблизился к реке, открылся вид на конно-санную группу. Всадников около трех десятков. Степень их защищенности была непонятна, ибо в зимней одежде, накинутой поверх, по обычаям Руси тех лет. Но, судя по оружию, воины, наверное. В санях же располагались тоже люди. Но меньше.

Один из незнакомых всадников поднял руку. И вся процессия остановилась.

Андрей же прошел по мосту, чтобы не мучатся с речными берегами, и направился навстречу, продолжая сближаться. Шагом. И не разворачиваясь в строй.

– Андрей! – крикнул старший среди гостей.

И парень вздрогнул. Это был дядя Фома. И он привел людей, которых коломенские родичи обещали ему по весне.

– Горшочек… мать твою… хватит… – тихо-тихо произнес молодой сотник себе под нос, откровенно расстроенный этой новостью. Куда их всех совать-то теперь? По зиме?

Понять Фому было можно. Он почти наверняка собрал тех, у кого ни кола, ни двора и жрать нечего, не то, что воевать. Не факт, что это даже их кони. И до весны им не так-то и просто будет продержаться. Или в тати идти, или в служилые холопы продаваться, или сюда. Андрей ведь обещал принять и пристроить людей к делу. Да не в холопы, а по-людски…

Глава 8

1555 год, 28 февраля, вотчина Андрея на реке Шат

– Лепота! – воскликнул дядя Фома, осматривая новую броню на племяннике. – А ну как попрыгай!

– А больше тебе ничего не сделать?

– Да я без обиды. Хочу посмотреть, как все сидит. Не болтается ли где чего? На коне то, если болтается, неудобно будет.