Моет мандарины и складывает их в плетеную корзину?!

Свет полной луны серебристой пылью лег на беспокойные воды горного источника, подсвечивая лицо Наньгун Лю отраженным почти неземным сиянием. С мечтательным видом напевая незатейливую песенку, он неспешно, один за другим, обтирал помытые мандарины и складывал их в стоявшую рядом корзину.

— Юношеские годы — лучшее время в твоей жизни, копыта резвых коней увидят цветы на краю света...

Высоко закатав рукава, он опустил в прозрачную воду обнаженные до предплечья руки, на которых, вопреки ожиданиям, не обнаружилось уродливых рубцов, свойственных всем проклятым плодом линчи.

Мо Жань удивленно вскинул брови. Было совершенно очевидно, что с Наньгун Лю что-то не так. Скорее всего, этот человек также был превращен в шашку Вэйци Чжэньлун, но при этом он разительно отличался от восставших из могилы трупов и очевидно смог сохранить большую часть своего сознания. Исходя из его поведения, можно было с уверенностью сказать, что он практически ничем не отличался от живого человека.

— Так что там? — встревоженно спросил Сюэ Чжэнъюн, едва завидев быстро возвращающегося Мо Жаня.

Взглянув на Наньгун Сы, Мо Жань прошептал:

— Это Наньгун Лю.

Так как в толпе были те, кто ненавидел Наньгун Лю, многие заклинатели тут же выхватили мечи из ножен:

— Эта скотина! Я сейчас же убью его!

Взгляд Наньгун Сы потускнел, а лицо стало пепельно-серым. Опустив голову, он так и не проронил ни звука.

— Это все выглядит очень подозрительно, — поспешил вмешаться Мо Жань. — Очевидно, что Наньгун Лю также находится под контролем Вэйци Чжэньлун, но, как ни странно, у него нет шрамов, свойственных отравленным плодом линчи. Я думаю, не стоит лезть на рожон и пытаться разобраться с ним.

Чу Ваньнин чуть подумал, а потом спросил:

— Можно ли отменить действие плода линчи?

Так как этот вопрос был в компетенции Гуюэе, на него ответил сам великий мастер Хуа Биньань:

— В целом это возможно, но довольно хлопотно. Я не думаю, что после того как Сюй Шуанлинь заставил Наньгун Лю проглотить плод линчи, он стал бы тратить столько времени и сил, чтобы помочь ему избавиться от его проклятья. Это было бы совершенно бессмысленно.

— В любом случае, раз Наньгун Лю здесь, значит Сюй Шуанлинь также должен быть в этом храме, — сказал Цзян Си. — Мы все-таки не напрасно проделали весь этот путь.

В разгар обсуждения Цзян Си вдруг краем глаза заметил длинную колышущуюся тень. Обнаружив, что глава Цзян вдруг замолк, люди проследили за его взглядом и увидели, как из рощи вышел бывший глава ордена Жуфэн, несущий на спине большую плетеную корзину мандаринов. Хотя в руке у него был деревянный посох, Наньгун Лю шел легкой походкой совершенно здорового человека.