Внешность Рэйдена была настолько необычной и в то же время совершенной, что порой казалось, что всё происходящее со мной — сон. Он смутно ассоциировался с лозой — изящной и сильной, но гибкой и способной перенести любые морозы. Определённо, до недавних пор я не встречала мужчин с настолько утончёнными и гармоничными чертами лица. Вроде бы братья Рэя были похожи на него, но в то же время ни один не вызывал и капли того коктейля чувств, который рождался при одном только взгляде на хозяина Харакуна.

Порой было физически больно от осознания, что такой красивый мужчина в полном расцвете лет оказался без работающих ног, а теперь на меня ещё и давило осознание, что общество осуждает его поступок.

Во время массажа я старалась передать всю свою заботу, поддержку и уважение. Я хотела, чтобы он почувствовал себя со мной в безопасности и понял, что я на его стороне, ведь даже самые сильные воины в момент усталости нуждаются в чьем-то плече.

Мои ладони раз за разом скользили по его шёлковой коже, изгоняя из тела болезненное напряжение и усталость, но чем дальше проходил массаж, тем сильнее он замыкался. Я это чувствовала… всё теми же ладонями.

Внешне он оставался таким же интеллигентным, тихим и вежливым, но я нутром ощущала, как он отдаляется, ведь массаж — это не только физические касания, это в некоторой степени ещё и эмоциональная близость. И тем больнее было, когда я чувствовала, что он как будто специально отгораживается невидимой безэмоциональной преградой.

* * *Лорд Чернильных Небес Рэйден Аккрийский

Спустя пару недель после посещения братьев Рэйден поймал себя на том, что изменился. Проклятый Олсандер, проявивший внимание к Лорен как к девушке и возможной наложнице, всё никак не шёл из головы.

"

"Да, Лорен не соответствовала традиционным представлениям о красоте в понимании драконов и, по сравнению с его невестой Саякой, проигрывала во всём: слишком короткие волосы она скрепляла в несуразный хвостик, не пользовалась краской для лица, продолжала одеваться в мужскую одежду, несмотря на выданные деньги, а уж про грацию и говорить не приходилось. Рэй на механической коляске и то был аккуратнее. Но у Лорен была своя какая-то особенная, внутренняя красота. Рэй ловил себя на том, что замирает, когда слышит её звонкий голос или видит мимолётную улыбку, или когда она открывает окно, чтобы проветрить комнату, и ветер играет с прядкой её волос.

Аромат тоже был уникален. Если бы кто-то попросил описать, как пахнет Лорен, он бы сказал, что так пахнет радуга после весеннего дождя — свежо, радостно и завораживающе.

Она совершенно точно не обладала магией, но её руки творили с ним волшебство. Каждый сеанс массажа был для Рэя не только физическим упражнением, но и глубоким эмоциональным опытом.