У местных людей такие исэи, что со своими навыками массажистки я точно не пропаду, а если пойду дальше на запад, то, может быть, доберусь до смешанных земель, про которые неоднократно говорила Сатоши. Как я поняла, там располагается множество крупных городов и работа есть всегда.

Приблизительно с такими мыслями я отложила самые необходимые вещи на первое время, старательно вывела записку, переписав текст начисто целых три раза, и сняла кольцо с рубеллитом. Да-да, то самое, которое намертво застряло на пальце, когда Саяка впервые устроила из-за него скандал. «Оно магическое.

Ты его не снимешь, если в душе не хочешь этого. А ты явно не хочешь», — сказала драконица тогда и оказалась права.

Тоненькое кольцо Олсандера, поразмыслив, я оставила. Всё же это не столько украшение, сколько артефакт связи на непредвиденный случай, пускай будет. Я намеренно пропустила обед, не желая столкнуться с Рэйденом или Саякой, а на ужин прибежала, наоборот, существенно раньше, быстро поела на кухне под неодобрительное бормотание Кайто («Питаться следует осознанно, наслаждаясь едой») и до конца дня скрылась в своей комнате. Я решила, что покину Харакун на рассвете.

Глава 23. Нашествие Мёртвых душ

Лорен

Я проснулась от того, что футон дрожал и кто-то выл на ухо. Несколько секунд ушло на то, чтобы понять: дрожит не футон, а пол вместе со стенами, да и никто не воет у меня над головой — это за окном творится чёрт-те что. Секунду или две я смаргивала сон, а когда приподняла рулонную штору, то так и замерла, не в силах поверить, что это не галлюцинация."

"Развернувшееся перед глазами зрелище заставило сердце замереть в ужасе. Под светом луны огромная воронка появилась в середине сада, словно путь в ад.

Из неё вздымались щупальца чёрного дыма, а из темноты выплывали светящиеся тени. Они скользили над землёй как призраки, но с каждым мгновением становились чётче, и, честно говоря, я бы отдала многое, чтобы они так и оставались тенями. Существа стонали, скрипели, кряхтели, выли и издавали такие звуки, что мурашки бегали по коже.

Всего за несколько секунд я смогла рассмотреть уродливого старика с половиной голого черепа и раздвоенным, как у змеи, языком, старуху с осьминожьим телом ниже пояса и женщину в кровавом платье.

Последнее — не в переносном смысле слова, а в самом что ни на есть прямом — за ней тянулся алый полупрозрачный шлейф, сияющий в лунном свете, но спустя мгновения испарялся. Леденящие жилы уродливые существа продолжали выплывать из воронки, их численность росла, словно бесконечная армия, готовая поглотить всё живое на своём пути. И хотя нас разделяло пространство и по меньшей мере стекло, при одном только взгляде на незваных гостей чудился мерзкий запах гнили и разложения, словно природа содрогалась от близости смерти.