Нависает надо мной как гора… Высокий, широкоплечий, горячий… Я на расстоянии чувствую тепло его тела и с наслаждением вдыхаю аромат парфюма… Боже, как же стыдно… Перед глазами всплывают картинки, где я объезжаю мужчину, как опытная наездница. Целую его украдкой, молю, всхлипываю его имя, прошу еще… К лицу приливает кровь, а в груди поселяется горечь… Он не может воспринимать меня всерьез. И даже не потому, что он чужой жених…

— И все равно я не поверю. Вы попали сюда по блату, Тимур Александрович. Ведите себя скромнее. Ваша невеста, она…

— Ты слишком дерзкая для легкодоступной девицы из бара, — снисходительно протягивает он.

Ну вот… О чем я и говорила. Он посчитал меня шлюхой, уличной девкой. Но я и вела себя подобающе, разве нет? Ему даже уговаривать меня долго не пришлось. Тогда, почему грудь тисками сковывает обида? Хочется кричать и топать ножкой: «Я не такая! Не такая!». А потом добавить: «Дайте второй шанс произвести на вас первое впечатление». Глупость какая-то…

— У продажных девиц тоже есть мысли и чувства, Тимур Александрович, — нарочито спокойно отвечаю я. Но губы все равно дрожат… И кровь отливает от лица, устремляясь прямиком к сердцу. — А вы…

— Ну что я, куколка? — шепчет он, подойдя ко мне почти вплотную.

— Вы хуже… Да, вы посчитали меня уличной потаскухой, пусть так… Я не буду оправдываться или что-то вам доказывать, вы мне никто… И мы не должны были встретиться, а я…

— Дина, хватит мне уже выкать.

— Я не кукла. И не Дина. Меня зовут Кристина Андреевна, я ваш новый сотрудник. А вы, Тимур Александрович — мерзавец… Предатель и лжец. Так что… Мне жаль вашу невесту. Лиля — прекрасная девушка. Она не заслуживает такого отношения.

— Ты слишком правильная… для уличной девки. Заметь, это уже не мои слова… Ты со мной даже не спорила. Так какое тебе дело до чувств Лили? Иди сюда, кукла…

— Пошел ты, козел!

Барабаню его в грудь, но Тимур меня словно не слышит — притягивает к груди и зарывается пальцами в волосы на затылке. Сегодня я завила их в крупные локоны. Уличная беспринципная девка — вот, кем он меня считает… Немудрено…Меня знатно потряхивает от чувства собственного ничтожества. Несправедливого обвинения… Неправильного обо мне суждения… Я ведь не такая, черт! Тогда, почему он легко повесил на меня ярлык и поверил в него?

— Слушай, я понимаю, как все это выглядело, — отталкиваю парня от себя и поднимаю руки в оборонительном жесте. — У меня вчера случилась трагедия. Я… Я не хотела перед тобой откровенничать, но вижу, без этого никак… Я нарядилась для своего парня, приехала к нему и… Застала в его постели другую.

— А потом решила кого-то подцепить в баре и отомстить. Умно, — кривит губы Тимур.

— Мне плевать, что ты обо мне думаешь. Плевать на тебя.