Он лишь негромко пищит и отпускает мою руку, а Сасс на полной скорости угрожающе мчится на него.

Я пользуюсь моментом и улепётываю, а Сасс опускает трость и тихонько выдавливает:

– Простите.

Потом она поворачивается и догоняет нас, оставляя Джесмонда стоять с разинутым от потрясения ртом.

Автодом уже сорвался с места, и я запрыгиваю туда последней, прямо за Сасс, и захлопываю за собой дверь.

Тут я официально заявляю: я совершенно не понимаю, что происходит. Я таращусь на Сасс Хеннесси, которая сидит, сгорбившись, на плоском полу фургона и держится за кресло-коляску доктора Преториус, чтобы оно не каталось по салону. Сама доктор Преториус бормочет:

– У этой фигни что, тормозов нет?

Наконец я просто говорю:

– Саския?

– Я просто… просто была на вечерней пробежке, – пыхтит она, всё ещё багровая от своей сумасбродной атаки на медбрата, – когда машина твоего брата заглохла на светофоре в конце дороги.

Клем смотрит на нас через зеркало заднего вида и орёт, перекрикивая рёв мотора:

– Меня надо было подтолкнуть, так что я попросил Сасс!

– Ага. А я подумала, что взамен он может подбросить меня домой. Хорошо, что я крепко держалась: по-моему, он собирался уехать без меня!

Думаю, именно это Клем и собирался сделать, но я оставляю эту мысль при себе. Вместо этого я говорю Сасс:

– Но… но зачем? Зачем делать всё… это?

Она смотрит на меня невозмутимо, или по крайней мере так невозмутимо, как только возможно в трясущемся фургоне, и говорит что-то вроде «Друг в беде не бросит, а?», но я не могу расслышать толком из-за дребезжания.

Однако мне совершенно ясно одно: автодом со мной, Клемом, Сасс Хеннесси, Рамзи и доктором Преториус (в кресле-коляске) с пыхтением несётся по дороге, изрыгая выхлопные газы, к набережной Уитли-Бэй навстречу спасению мира.

Однако это будет непросто.

Я перелезаю через остальных, чтобы сесть на переднее сиденье рядом с Клемом. Мы только что проехали мимо машины с надписью «ВООРУЖЁННАЯ ПОЛИЦИЯ», которую уже встречали, и вот тогда-то я и вижу, как что-то серо-коричнево-белое уворачивается от автомобиля и медленно вприпрыжку бежит по травянистому пригорку, ведущему к пляжу. Я визжу, и Клем вздрагивает.

На мгновение – которого мне как раз хватает, чтобы совершенно убедиться: это он – мистер Мэш притормаживает на вершине песчаного холма, а потом скрывается из виду. В тот же миг дверь полицейской машины открывается, и наружу выходит полицейский в бронежилете, наблюдает, куда бежит мистер Мэш, а потом торопливо обходит машину и распахивает багажник.

Он хочет пристрелить мою собаку.

– Смотри! – кричу я. – Это мистер Мэш. Он в беде. Налево, поворачивай налево, Клем, живее!

– Я не могу, – говорит он. – Дороги нет!

Конечно, он прав – дороги слева нет.