Отставляю йогурт, достаю телефон и замираю, увидев вспыхнувшее на нем имя.

Какого черта?

Держу телефон в ладони, уставившись на экран, пока он не перестает звонить. А потом он снова звонит.

Мика издает смешок – так смеются, когда становятся свидетелями неправильного решения, но человек, который принимает решение, об этом не знает.

Перевожу взгляд на него и прищуриваюсь, опуская телефон на парту.

Мика широко улыбается.

– Чертовски неверный шаг, девочка.

– Прости… – Я не успеваю договорить, потому что дверь кабинета с грохотом распахивается.

Все взгляды устремляются в ту сторону – и…

О, мой бог!

Шок, холодный и быстрый, наполняет меня со скоростью падающей звезды, лишая мыслей… Дыхания… Способности двигаться.

Все, что я могу, это таращиться на чувака в татуировках… который, убейте меня, направляется прямо ко мне.

В черном худи и модных джинсах, лишь одним своим присутствием Ройс заставляет всех оцепенеть, включая учителя.

Мы все таращимся на него.

Он останавливается прямо передо мной, и я не издаю ни писка, когда он одним движением разворачивает к себе дешевый пластиковый стул, на котором я сижу.

Я не отрываю глаз от Ройса, а он смотрит на экран моего телефона, что лежит на парте экраном вверх, потом на меня."

"Он наклоняется, его большие ладони опускаются, обхватывают края стула рядом с моими бедрами, и наши глаза оказались на одном уровне. Брови нахмурены, густые каштановые волосы свисают на лоб буйной копной непослушных прядей. Подбородок слегка повернут вправо.

Весь его облик пропитан мрачным недовольством.

– Маленькая Бишоп, – в его голосе звучат скука и нахальство.

– Ройс, – я качаю головой. – Что…

– Насколько я помню, я озвучил тебе одно правило.

Я бледнею.

– Правило?

– Я сказал тебе, что когда я звоню – ты отвечаешь. И угадай что? – Он придвигается еще ближе. – Ты не ответила.

У меня открывается рот, но, когда из него вылетает не такой уж тихий смешок, я зажимаю его ладонью, глядя на парня передо мной.

Самое безумное во всем этом то, что он не шутит, и мой смех не кажется ему забавным.

Потом вспоминаю, что я на уроке.

На нас смотрит учитель.

И он на этом чертовом уроке!

Бросаю взгляд на учителя, и мне как будто удается вывести его из оцепенения – мистер Лин дергается вперед.

– Молодой человек, что, по вашему мнению, вы делаете? – спрашивает он.

– Разговариваю, – огрызается Ройс, и у меня вспыхивают щеки от его взгляда.

Мистер Лин запинается:

– Ну, это может подождать до перемены…

Парень не двигается и вообще никак не реагирует на его слова, и я шиплю:

– Ройс.

Мистер Лин встает и направляется к телефону, висящему в кабинете, по этому телефону можно вызвать охрану.

– Вы должны покинуть мой урок.

Ройс прожигает меня взглядом и кивает.

– Да, вы правы. Должен.