Стены у нас теперь обшиты звукоизоляцией, чтобы мой мужчина не сдерживал свою дикую, необузданную натуру.

Он раздевает меня за секунды и прокладывает дорожку из поцелуев по моей шее и груди, пока не доходит до живота.

Его ладони расправляют мой пирсинг.

– Это было нам суждено, двое… – шепчет он. – Мы были двумя потерянными, одинокими душами, мы умерли вместе и вернулись в этот мир вдвоем, сильнее, чем были прежде.

Что-то касается моего живота, и я вижу цепочку. Ее сложно назвать изящной – из белого золота, толстого плетения, под стать цепи, что висит у него на шее, и на ней – круглый медальон со звездой.

Ройс протягивает мне руку, и я сажусь. Он открывает медальон, однако там ничего нет.

– Я купил это несколько месяцев назад… Хотел подарить тебе, но не был уверен, что тебе понравится, да и вообще я не знаю, почему я вдруг решил, что мне непременно нужна эта вещица. Я свел моих братьев с ума, прося их помочь придумать, что положить внутрь. Они предлагали, но все казалось глупым, зато теперь я знаю почему, – Ройс встречается со мной взглядом. – Этот медальон, он же специально для них предназначен, для близнецов. В нем будут их фотографии. – Он наклоняется и закрывает глаза, когда его лоб касается моего пупка. – Близнецы, – говорит Ройс, но обращается не ко мне, – когда вы станете достаточно сильными, чтобы встретиться с миром, вы не будете одиноки.

У меня ноет в груди.

Мой потерянный мальчик…

Нет, теперь не потерянный, а получивший именно то, о чем всегда мечтал – подтверждение, что он никогда больше не будет чувствовать себя одиноко.

Ройс смотрит мне в глаза.

Мой сумасшедший, пылкий, нетерпеливый мужчина.

Мой грубый, ко всему готовый Брейшо.

Мой нежный Брейшо.

Его взгляд говорит, что он готов овладеть мной, и я к этому полностью готова, и тут он удивляет меня, поднимая голову с нахальной усмешкой.

– А я знал, что моя сперма окажется самой сильной.

Я смеюсь, и Ройс приникает к моим губам, но стоит мне протянуть руки к ширинке на его джинсах, как он резко отстраняется и начинает лихорадочно искать телефон и ключи.

– Что ты делаешь? – слежу я за его движениями.

– Прости, Динь-Динь, пока что нет времени на развлечения. Одевайся обратно.

Я смеюсь.

– Почему, нам куда-то надо?

Он отвечает мне озорной улыбкой и бросает на кровать спортивную сумку.

– Это требует встречи лицом к лицу.

Я прищуриваю глаза, и его улыбка становится еще шире.

– Ройс…

– Вставай быстро. Мне надо рассказать ему.

– Ройс! – кричу я.

Ройс подскакивает ко мне и обхватывает мое лицо ладонями.

– Не сердись, малышка, – говорит он, подавляя улыбку. – Мне бы не хотелось снова завязывать тебе глаза.

– Да что ты затеял?

Его взгляд смягчается, большой палец поднимается к моему виску.