Легонько приобнимет. Что, наверное, можно расценить как довольно невинный жест. Или же… это подсказка? Черте что. На закате пятого десятка жизни я понятия не имею, как себя вести в подобной ситуации! Разозлившись сам на себя, обнимаю Инну в ответ и, чтобы уж точно расставить все точки над i, целую в губы.

– Привет.

На нас смотрят все присутствующие. Плевать. Этого я и добивался.

– Пап, это Иван Савельевич, мой начальник и…

– Да вижу-вижу, какой начальник, – смеется в усы мужик. – Зови начальника к столу!

Инна нерешительно кусает губы. Бросает на меня робкий взгляд из-под ресниц:

– Ты, наверное, не сможешь остаться?

Оглядываюсь по сторонам. Черт… Это сложно. Никогда раньше мне не приходилось делать ничего подобного, но если я хочу быть рядом с Инной, рано или поздно мне придется впустить в свою жизнь и ее близких.

– Не надейся, – шепчу ей на ушко. – Я ни за что не пропущу такое веселье.

Её глаза потрясенно расширяются. Несколько долгих секунд мы стоим, сплетаясь взглядами под прицелом чужих. А потом она, обмякнув, с тихим всхлипом, который я один слышу, утыкается носом мне в шею. И я понимаю, что все сделал правильно. Наконец, правильно. Да. Вот бы еще она не дрожала в моих руках так сильно… Это ж заразно. Черт."

"Наконец, мы кое-как отлепляемся друг от друга, и дальше все идет несколько легче. Родители Инны – хорошие люди. Света – наверняка тоже хорошая, но, видимо, зная, сколько крови я попил её сестре, со мной она себя ведет достаточно холодно.

А вот кто принимает меня безоговорочно – так это Леська. Уже через пару часов я, сам не понимая, как так вышло, держу ее на руках. У девчонки язык без костей. Это я еще с того года помню. А вообще она такая доверчивая, что у меня зубы сводит, стоит только представить, как на этом могут сыграть. Надо провести с ней серьезный разговор. Я как раз прикидываю в уме, с чего начну, когда она обхватывает мои щеки ладошками.

– Ты должен меня внимательно слушать.

– Я слушаю, – смеюсь, глядя на Инну поверх Леськиной рыжей макушки.

– И что же я у тебя спросила? – ловит меня на горячем.

– Эм… Прости. Кажется, я действительно отвлекся.

– Это потому, что ты – мальчик. Мальчикам сложно сконцентрироваться на чем-то одном, – авторитетно заявляет Леська, явно нарываясь. В диалог тут же вступают задетые в лучших чувствах мужчины. Но маленькая Лиса отметает все контраргументы женственным движением плечика. – Я спросила, есть ли у тебя дети?

– Эм… Нет.

– А почему?

– Да как-то не срослось. А ты почему спрашиваешь?

– Потому что я хочу сестричку. Подумай об этом.

Я открываю рот, прежде чем успеваю найтись с ответом. Сижу, как дурак, с комично отъехавшей челюстью. А этой маленькой бестии хоть бы хны.