Лучшим подарком станет твоё исчезновение.

– Не сейчас, – произнёс я, безразлично глядя в её вспыхнувшее недовольством лицо. Оно источало все оттенки негатива ровно три секунды, а затем вновь приобрело черты опытной соблазнительницы.

Алисия неторопливо поднялась с кровати, подплыла ближе и, взмахнув веером ресниц, потянулась губами к моей шее.

Моя ладонь предупреждающе упёрлась ей в грудь.

Маленькие меры, чтобы больше не видеть в голубых глазах обиду и разочарование.

– У тебя появилось слишком много правил, – прошептала Алисия и, положив руку мне на член, сжала. – Насчёт него тоже будут особые указания? – И, не дожидаясь ответа, опустилась на колени, резко сдёрнула преграду и вобрала глоткой до самого конца.

Твою мать…

Влажный жар охватил низ живота, когда сучка, профессионально подвигав головой, взяла по основание и, проведя носом по лобку, с пошлым чмоком выпустила скользкий член наружу. Покружила языком по головке и, лизнув уздечку, насадилась вновь.

Мокрые от слюны губы идеально растянулись по окружности, стенки узкого горла пульсирующе сжались, и волна отвращения, смешанного с извращённым удовольствием, накрыла с головой.

В башке закрутился кадр, как я срываюсь, хватаю суку за шею и вдалбливаюсь до самых мозгов, желая видеть в полной мере все её страдания. Чтобы давилась, плевалась, захлёбывалась слюной и спермой…  Мы такое уже проходили, и не раз. Её ничего не тормозило, она была готова жить, не выпуская моего члена изо рта…

Вибрация телефона в руке сбила работу фантазии, и я, нажав боковую кнопку, мазнул взглядом по экрану.

«Хочу тебя увидеть»."

"Три слова отправили меня в полный нокаут. Внутри взметнулось гадкое чувство вины. Оно трепыхалось, взвывало к совести и рвалось наружу.

Я грубо схватил Алисию за волосы и оторвал от старательного облизывания моего стояка. Она непонимающе захлопала своими слезящимися глазами.

– В чём…

– Мне нужно идти, – отрезал я и направился в ванную, желая поскорее смыть набор её бактерий.

– Что значит «идти»? – Алисия последовала за мной и, остановившись возле дверей в душевую, возмущённо сложила руки на груди. – Максвелл, какого хрена?

Я резко повернул голову и впился в бывшую ожесточённым взглядом.

– Я не хочу трахаться.

– Ты не хочешь уже две недели! Что происходит?

Проигнорировав вопрос, я включил воду и упёрся руками в мокрую стену, напоминая себе, что за спланированное убийство я точно сяду не на один десяток лет.

И всё же я не зря имел Алисию. Она отыграла свою роль блестяще: немного пофлиртовала с одним несчастным и, получив данные о лабораториях Миллера, слила их мне, благодаря чему наш план мгновенно принял реальный характер.

– У тебя кто-то есть? – бывшая старалась держать марку, но в голос всё равно просочился страх.

Да. Есть.