Волки в дикой природе человека боятся и стараются с ним не связываться. Это вызвано тем, что еще в каменном веке наши далекие предки сумели потеснить волков с вершины пищевой пирамиды, активно с ними конкурируя, ибо как охотники находились в одной и той же экологической нише[42]. Древний человек не только охотился на традиционную добычу волков, лишая их пищи, но и самих волков промышлял. Ведь у них очень неплохой мех. Вонючий, ну так и что с того? Люди, когда вспотеют, тоже не фиалками благоухают. Так или иначе, но у волков сформировалось настороженное, опасливое восприятие человека очень давно.

И оно никуда не подевалось с годами.

Определенную негативную роль в этом уязвимом положении играла еще и тактика, с помощью которой волки охотились. Что эти «блохастики» как правило делали? Догоняли жертву и старались ее окружить. После чего, улучшив момент, старались наброситься на нее сзади. Да не просто так, а так, чтобы ухватить ее зубами за шею. Волк эе не собака. Целенаправленно за ноги-руки кусать не станет. Ему же не испугать свою жертву нужно, а убить. Причем убить с наименьшим риском для себя. Он живет охотой и ему получать травмы на охоте строго противопоказанно.

Ведь волкам охотиться нужно и сегодня, и завтра, и послезавтра. А получив травму, это может оказаться затруднительным. Из-за чего слишком неосторожные животные быстро и безжалостно отсеивались естественным отбором. Ведь оказаться «намотанным на гусеницу» вцепившись в лодыжку какого-нибудь лося можно только в путь. Да, укусил. Да, в итоге завалили его. Но волку от этого не легче, так как весь переломанный и с отбитыми внутренними органами. Поэтому выживали только те особи, которые во время охоты, даже будучи сильно голодными, вели себя осторожно. Из-за чего эта карусель, сопряженная с наскоками сзади, при охоте могла длиться очень долго. Достаточно для того, чтобы жертва сумела уйти или получить помощь.

Андрейка прекрасно знал эту особенность волков. Как и то, что если не терять бдительности и не совершать ошибок, то отбиться от стаи волков можно даже в одиночку одной лишь палкой. Ибо все вместе они набрасываются на свою жертву лишь тогда, когда та упадет или кому-то из «коллег» удастся вцепиться ей в шею своими зубами. На здоровую добычу они бросаться станут исключительно сзади.

Во всяком случае, до тех пор, пока жертва бодра и полна сил.

Так вот.

Несмотря на страх, который парня охватил, он не терял ясности мышления. И действовал так, как нужно. И в руках у него была не палка, а целая сабля, которая просто до небес поднимала его и без того серьезные шансы на успех.

Почему? Ведь вроде бы не самое лучшее оружие для охоты. Это так. Но так он и не охотился. А сабля представляла собой очень грозное оружие против любого «мяса», не упакованного в доспехи.