Да еще и с такой силой, что на пару мгновений в глазах темнеет…

М-да…

Растерянно облизываюсь, смотрю на румяное лицо Принцески, трогаю свой живот…

Ну, значит, чуть позже с затыканием ротика разберемся.

Вот только минут пятнадцать, дух переведу…

Глава 18

— Тебе надо срочно в Москву?

Нет, все же я ей рот некачественно затыкал. Или мало? Или недостаточно жестко?

Закрываю на мгновение глаза, сильнее сжимаю пальцы на затылке Принцески. Судорожно вздыхает. Нет. Нормально я затыкал. Даже сейчас, от одного только моего движения характерного заводится.

Черт, Принцеска! Откуда ты такая взялась? Словно под меня делали…

Отгоняю ненужные мысли, отвечаю ровно:

— Да, отпуск заканчивается.

Тихий вздох, пальчики поглаживают грудь.

— Жаль… Могли бы… Могли бы… Тут… — и последнее слово с выдохом.

Теплым-теплым, таким, что мурашки по коже бегут непроизвольно.

Да, Принцеска моя… Мне тоже так жаль.

— Почему ты убежала из дома? — раз уж у нас тут откровенность. Не то, чтоб я хочу это услышать…

Не хочу, наверно. Эта информация — лишние нитки, привязывающие меня к ней. Моему заданию. Моей головной боли.

Очень много чего можно себе напридумывать в момент близости, когда берешь нравящуюся тебе женщину. Каждый мужик знает в себе такие собственнические инстинкты: моя, моё, все решу, всех порву…

Но человек — это не только инстинкты, а еще и мозги.

И я отчетливо понимаю, что, кроме секса, ничего не поменялось.

Мы с Принцеской по-прежнему совершенно разные, очень плохо друг друга знающие люди. И миры у нас разные. То, что они случайно соприкоснулись краями, вообще ничего не значит.

Потому не хочу я дополнительной информации от нее. Не хочу думать, что мне потом с ней делать.

И как не чувствовать себя кретином и тварью, если… Если ничего не буду делать.

— Понял, да? — усмехается она, а затем ложится рядом на спину, смотрит в потолок, медлит, словно выстраивая в голове фразы, которые мне можно говорить. Скорее всего, так оно и есть. — Я не сбегала. Я уже совершеннолетняя. Просто ушла.

— Почему?

— Просто… Знаешь, все в какой-то момент стало настолько глупым… Пустым. Захотелось новых впечатлений, понять, что такое — реальная жизнь, где ты решаешь за себя, а не…

— Родители? Богатые?

Спрашиваю равнодушно, чтоб не решила, что мне интересен статус ее предков.

— Да, деньги есть у них, я же сказала, что отблагодарят… — как и думалось, совершенно неверно понимает она мой вопрос, и, вроде как, хочет злиться, но потом передумывает. — Не в деньгах дело… Папа, он… Очень непростой человек…

Да уж, это я в курсе, блин.

— И он просто не слышит меня, понимаешь? Просто не хочет слышать! Считает, что все лучше меня знает, что все уже решил! А я — сама хочу! Сама все хочу решать!

Все ясно.