– Танцы пережить можно… Постой, выходит, я тебя без кальтаринной дамы оставил?!

– Ничего страшного, – Валентин аккуратно отпил из стакана и слегка его отодвинул. – Смородина. К сожалению, я ее не люблю. Главное, не забудь, что вам с жуком завтра на аудиенцию.

– Попробую. Тебя заставляли всякие глупости в детстве заучивать?

– Без некоторых знаний, особенно литературных, я вполне мог бы обойтись. Вернее, лучше было бы их заменить на другие, но неужели тебя заставляли зубрить?

– Нет, поэтому мне Карла и жалко… Король, тоже мне! Сиди, бубни, вокруг все надутые, скучища, а потом наверняка еще и вычитывать примутся. Жука я ему притащу, конечно, но надо бы еще что-нибудь.

– Можно послать в Васспард, у нас есть хорошие книги, только это недели три.

– Все равно пошли. – Спрут не жаловал смородину, а вот Арно против нее ничего не имел, скорее напротив! – Зачем тебе это розовое чудо понадобилось? Она же из Манриков!

– Вот именно, – порой Придд умудрялся напоминать Ли, причем даже не думая щуриться. – Девушка была одна. Среди вроде бы людей, знакомых, даже родни, и при этом одна. Трудно объяснить… Ей ничего не грозило, но я вспомнил, как мы с матерью шли по дворцу, еще не арестованные, уже не существующие. Давенпорт рассказывал, как он во сне метался по Надору и мог только смотреть; его не задевало обломками, он не слышал криков, но и его не видели. С нами было похоже, только убивало нас, и нас же не видели и не слышали. Я очень рад, Арно, что мы стали друзьями.

– Ну у тебя и выводы! – постарался хохотнуть виконт. – Тогда я очень рад, что больше не скотина, но ведь все это наделали Манрик с Колиньяром! Я про твою семью, если что.

– Они всего лишь захватили власть, не видели нас другие. Многие из них сейчас здесь и не видят уже эту девушку в розовом.

– Тогда почему ты не выбрал ее для кальтарина? Мы с Гизеллой и так все сбили.

– Это было бы слишком вызывающе. Насколько я знаю семью Гогенлоэ, у девушки в любом случае будут неприятности, но они бы и так были, причем даже более серьезные. Я всего лишь несколько исправил возникшую неловкость, заодно показав всем, кто оглядывается на регента, а значит, и на тех, к кому регент расположен, что появление девицы Манрик в родовых цветах не является поводом для травли. Если бы я продолжил уделять внимание Иоланте, а мы с ней достаточно дальние родичи, чтобы это допускало брак, создалась бы очень непростая ситуация. Тем более что у меня есть обязательства, которые не позволяют мне связывать свое имя с незамужними женщинами.

– Ты что?! – не допей Арно свой глинтвейн, он бы его разлил. – Обручился?!

– Пока нет, и отнюдь не уверен, что это вообще потребуется.

– Тогда что за обязательства и перед кем? Не перед Эдитой же!"

"– Перед известными тебе Мелхен и Селиной.