Меня передёргивает:

— Вот уж чего я не стану делать, так это лечиться от страха перед вампирами в постели с ними.

— Рад это слышать. Лично меня такой расклад вполне устраивает. Да и я, скажем так, далеко не с каждым менталистом соглашусь на постельную терапию. Если быть точным, то только с одним. Лечиться же твоими методами… не хочу. — Элор вздыхает. — Вернее даже — не могу.

— Потому что я это я, — глухо завершаю его объяснение.

— Совершенно верно, — с облегчением соглашается Элор, и его пальцы снова провокационно скользят по бедру.

В темноте я пытаюсь разглядеть его лицо, но вижу лишь светлое пятно с провалами глаз и росчерком губ.

Пытаюсь его понять, но не могу: я бы не смогла касаться вампира, даже если бы он вдруг каким-нибудь невероятным способом оказался моим избранным. Просто не вынесла бы такого. Элор не первый раз проводит параллель между моим отношением к вампирам и его отношением к менталистам, его самого тоже мучили кошмары. И всё же сейчас он со мной, и, судя по запаху, я не вызываю у него отвращения. По крайней мере сейчас, когда не использую способности. Неужели жажда заполучить избранную сильнее его принципов?

— Ты ненавидишь менталистов, — я на миг застываю, прежде чем выдохнуть: — Как ты можешь быть со мной?

— Как-то так, — Элор дёргает плечом.

— Как сейчас. Не могу сказать, что это нормальные отношения избранных, но… вот так. Не отказываться же от тебя только потому, что ты менталист. Не после стольких лет вместе.

— А если бы этих лет не было?

Элор тяжко вздыхает.

Снова медлит.

— Не знаю, — он лишь чуть лукавит. — Я уже говорил, что подобное развитие событий… как бы это сказать…

— В кошмарных снах тебя посещало.

— Да, — неожиданно подтверждает Элор.

— И не могу сказать, что я не рассматривал подобный вариант. И способы реагирования на него.

— Какие способы? — сразу цепляюсь за странные интонации, вновь всматриваюсь в темноту, пытаясь разглядеть лицо, но ещё слишком рано.

Впрочем, напряжение в теле Элора и его затягивающееся молчание тоже своего рода ответ.

— Я не собирался жить с избранной-менталисткой. Ни при каких условиях. Помнишь, тот амулет абсолютного щита, который ты отдала Валерии?

— Помню, — вздыхаю я: ещё бы не помнить.

Элор сразу же притягивает меня поближе.

— На втором, третьем и четвёртом отборе я его надевал. Потому что среди кандидаток в избранные были менталистки.

Чешуя с щекотным холодком покрывает мои ноги, живот, спину.

Получается, все отборы после того, как Элору сломали щит правителей, кроме последнего, когда он считал себя практически покойником, он закрывался от потенциальной связи сознания с менталисткой. Магическая синхронизация источников в этом случае возникла бы, но сознание он бы открыл только избранной с любым другим типом магии.