Ставлю его на стол (нет, я не буду думать о том, что делал со мной Элор и на этом столе тоже), разворачиваюсь. Осдар привычно запрыгивает мне на спину, согревает собой, обхватывает руками. Только длинные волосы немного мешаются, их то и дело пережимает.

— Впер-рёд! — задорно требует Осдар.

И взгляд Элора, его улыбка окончательно теплеют… Похоже, сегодня меня ждёт разговор на тему брачных недель… и дракончиков.

Глава 3

Ездовой Бешеный пёс — это зрелище не для слабонервных. Поэтому такие фокусы я выделывала только в другом мире, где никто — даже Энтария — не знал, на ком катается малыш.

Зато ездовой драконессой я могу быть спокойно и без оглядки: бегать по коридорам дворца под весело звенящий голосок «Быстр-рей! Быстр-рей!», перепрыгивать ступени, скакать через кусты и горы вывернутой строителями земли, через блоки привезённых каменных плит, мимо котлована, в котором копошатся имперские маги-строители.

Не знаю, как к подобному поведению относятся люди, но для нас, драконов, безопасное для окружающих и нас развлечение с малышами норма, оправдывающая любые ребяческие выходки.

Элор весело несётся за нами, подбадривает выкриками, аплодирует за особенно ловкие и высокие прыжки. Иногда обгоняет, чтобы посмотреть на нас с боку или спереди. Я стараюсь не смотреть на него: это слишком странно и непривычно, потому что с Осдаром мы обычно играли вдвоём.

Вдвоём бегали по просторному саду, по живописным развалинам в самом его углу, пугали обитавших в пруду рыб прыжками по листьям кувшинок (я поддерживала их телекинезом, но со стороны это выглядело обычным укреплением водной поверхности).

Теперь нас трое. Парк другой. И помимо рыжего спутника полно зрителей. Я стараюсь не думать об этом, но ощущаю на себе многочисленные взгляды из окон дворца. Строители, копающиеся в глубинах котлована, по очереди следят за нами, видимо, опасаясь внезапного вмешательства или спонтанных проявлений магии Осдара.

Но Элор самое яркое отличие от обычных игр. Самое значимое. И я не могу избавиться от ревности, потому что Осдар смеётся его замечаниям, Осдар смотрит на Элора, ему улыбается так же, как мне. И, в конце концов, просит разрешения покататься на его спине.

Причин отказывать нет, не признаваться же в том, что сердце кольнул холод: у Элора все шансы меня затмить.

Осдар радостно перебирается на его широкую спину, запускает когтистые пальчики в рыжую гриву.

— Н-но! — весело погоняет он и даже присвистывает.

Элор срывается на бег, а я… я остаюсь, провожаю его стремительную фигуру взглядом. Осдар радостно взвизгивает: Элор бежит быстрее меня. А ведь я… я могла бы бежать быстрее, чем Элор сейчас. Особенно если задействовать усиление и телекинез.

Радостный детский смех опять разливается по саду.