При разводе вам и впрямь достанется половина всего имущества. Но теперь-то вы понимаете, что это за имущество? Акции компании, которая стоит многие миллионы. Долларов. Я думаю, они не хотели вас убить. Им достаточно было просто вашего развода с Сажиным.

— Им?

— Голицыну и Вике. А может, и еще кому-то. Я все больше задумываюсь над тем, какую роль в этом деле сыграл Зебриевич?

— Но как же Дэн?

— Дэн?

— Тот парень, которого нанял мой муж?

— А он точно его нанял?

— Да. Я спросила об этом у Семы, он все подтвердил. И дал мне адрес сайта. Я легко нашла Дэна и списалась с ним.

— Когда?

— Тридцать первого декабря.

— То есть на пароме?

— Ну да.

— И что именно этот Дэн подтвердил?

— Что его нанял Сажин.

— С какой целью?

— Чтобы Дэн со мной переспал, — зарумянилась Дарья Витальевна.

— А может, он врет?

— И Сема врет? По-вашему, Алексей Алексеевич, на свете совсем нет честных людей? Все врут?

— Все.

— И вы?

— А я что, не человек?

— И мне врете?

— Скажем так, недоговариваю. Ну не надо вам всего знать, Дарья Витальевна. Вам и так досталось. Значит, тридцать первого декабря вы спросили у Зебриевича, а правда ли, что ваш муж обратился к нему по чрезвычайно деликатному вопросу? На что Зебриевич дал вам адрес сайта, где вы легко нашли — как вы сказали? — Дэна?

— Да, — кивнула Сажина.

— Вы с ним списались, он все подтвердил. А что именно вам сказал Голицын, когда позвонил ночью, после банкета, и вытащил вас из каюты, когда вы уже собирались спать?

— Что ему одиноко, — поежилась Дарья Сажина. — И кроме меня никто его не понимает.

— Какой затасканный прием! Но вы, наивная душа, пошли. А им, похоже, надо было, чтобы на открытую палубу поднялся Сажин. Он мог туда пойти только по одной причине: если знал, что там гуляете вы.

Он увидел больше: вы пили шампанское и целовались с Голицыным. Я, кажется, начинаю прозревать. Я вам не вру, Дарья Витальевна. Да, вы правы, у меня проблемы в семейной жизни, так же как и у вас. И разбираясь в ваших, я начинаю понимать, что самые близкие люди порою так глухи и слепы, как не бывают глухи и слепы даже два человека, случайно оказавшиеся в одном купе, в поезде дальнего следования. Они-то ничего себе не придумывают, потому что сойдут на конечной станции и разойдутся в разные стороны. А у вас с Сажиным путь долгий, и все какие-то недомолвки и, извините, непонятки…

— Да, наверное, — поежилась Дарья Витальевна.

— На Востоке говорят, чтобы стать счастливым, надо искупаться в семи морях. Мне вдруг пришло в голову, что на самом деле седьмое море — это душа самого близкого тебе человека. Который рядом с тобой вот уже много лет, но к нему, как и к морю, все время тянет. И если собираешься вместе дожить до глубокой старости и умереть в один день, надо в это седьмое море окунуться с головой.