Но с ними он мог быть самим собой, не опасаясь, что его осудят. И женщин они с парнями тоже, конечно же, обсуждали – они ведь нормальные мужики. В основном парни вспоминали прошлые свои победы, а чаще проколы, и весело ржали над этим. А вот своих жен они не обсуждали – это было табу. Хоть сам Влад и работал с Марусей и Иришкой. Олесю он не знал с этой стороны, но и она заслуживала уважения.

– Ульяна, а Вы знакомы с Ириной?

– Мамой Никиты? – удивленно вскидывает брови.

– Да.

– Странный вопрос, Влад. Да, знакома. Наши дети ходят в один детский сад и дружат, – ответила она это все отстраненным тоном, явно давая ему понять, что и ее она обсуждать не намерена.

И тут, словно вспомнив, ожив моментально эмоциями:

– Ой, а Ирина родила? Или еще нет? – глаза девушки заблестели.

– Родила! – Влад рассмеялся, – на две недели раньше. Как раз угодив на день рождения своему мужу Александру.

– Надеюсь, что все хорошо? Как она себя чувствует? – в голосе неподдельное участие в судьбе знакомой ей женщины.

– Все отлично! Их уже выписали. Я потому и забрал Никиту, чтобы молодые родители освоились со своим двойным счастьем, – он рассмеялся.

– Двойняшки?

– Да. Мальчишки! – Влад улыбался.

Ульяне понравилось то, как он это говорит. Этот странный мужчина явно любит детей.

– Они были готовы? Они знали?

– Да, они знали, что будет двойня, так что готовились к этому. Для них эти дети первые, которые родные.

Влад сказал это намеренно, желая увидеть, как Ульяна отреагирует. Хотя, мог бы уже и не делать этого. Он уже понял – Ульяна не из тех, кто будет обсуждать кого-то за их спиной.

А тут еще и тема такая щекотливая.

Ох, каким же гневом сверкнули ее глаза, когда она глянула на него! Удивительные, кстати, глаза у девушки. Все ее эмоции отражаются в них, заставляя менять их цвет."

"– Дай Бог каждому ребенку таких родных родителей! – слово «родных» она выделила. – Некоторые и родного ребенка не хотят знать!

– Например, отец Вашей дочери? – тут же задал он интересующий его вопрос.

– Нет. Тут другое, – улыбнулась одними губами, но продолжать не стала.

– Серьезно? Официальная версия для дочери, что ее папа летчик-испытатель и погиб еще до ее рождения?

– Что? Нет, конечно! – усмехнулась.

 – Я придерживаюсь того мнения, что детям врать нехорошо. Все равно потом узнают правду. Только кто и как им ее расскажет, как преподнесет – это уже другой вопрос. Так что нет. Дашулька знает, что он жив, здоров и даже довольно упитан. Просто так бывает, когда взрослые не могут быть вместе.

– А почему, кстати, не могут?

– Потому что и не планировали, – улыбнулась чуть грустно.